?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Next Entry
Россия в кружевах. Мценск и Вологда
Я витрина
mamlas wrote in yarodom
«Кружево — баловство»
Корреспондент «Русской планеты» отправился в Мценск, чтобы понять, чем уникально и кому нужно местное кружево

Мценское кружево — один из самых старых видов кружева на Руси. Оно известно еще с ХVIII века. Сегодня это ремесло не забыто и развивается лишь благодаря «Школе кружевниц», а еще полвека назад оно находилось на грани исчезновения. ©
~~~~~~~~~~~


Уникальная история

На входе в школу кружевниц в Мценске меня встречает преподаватель художественной школы, Народный мастер России Анна Шалыгина. Она проводит меня к экспонатам мастерской кружевоплетения, которые находятся в просторной комнате. Элементы и изделия кружевоплетения всюду: и на стенах, и в специальных застекленных столах, расставленных по периметру комнаты.

– Помещица Протасова, когда она открыла мануфактуру здесь, пригласила двух мастериц из Европы, — рассказывает Анна, — и моментально 1200 мастериц стали работать на этой мануфактуре под их наставничеством.

Открывшееся в ХVIII веке производство кружева стало самым крупным в России. Спрос на него был велик не только в российских городах, но и за границей. Кружево поставляли в Турцию и Англию. У мануфактуры, по словам Анны Шалыгиной, было такое количество заказов, что мастерицы не успевали их выполнять.

– Александр Тарачков писал, что девушки и женщины в Мценске очень прилично одевались. Они не только красиво наряжались в кружева, но и приносили доход своим семьям. Кружевоплетением занималась не только женская часть населения, но и мужчины. Сезон заканчивался, у нас же сельскохозяйственный городок, сильный пол тоже начинал помогать в этом деле, потому что оно приносило существенный доход в семью, — рассказывает Анна.

В ХVIII веке нередки были случаи, когда девушка-сирота, освоившая кружевоплетение, к моменту выхода замуж имела за плечами достойное преданное и не одну сотню рублей.

– По тем временам за 250 рублей можно было купить дом. Опытная кружевница могла заработать эти деньги за год, — говорит Анна.

В начале ХХ века княгиня Анна Тенишева открывает в Мценске первую школу кружевниц для девочек от 8 до 12 лет. Их там учат и рукоделию, и грамоте, и технике рисунка.

– Даже когда открылась школа кружевниц княгини Тенишевой, опять-таки приглашается из Мариинской школы (Мариинская практическая школа кружевниц основана по воле императрицы Марии Феодоровны в 1883 году в Санкт-Петербурге, — РП) мастерица, чтобы она повысила уровень кружевоплетения во Мценске. Но в тот период из Мариинской школы всюду разъезжаются мастерицы, и они несут что-то свое, чему их научили. Опять-таки девушки учатся, изучают кружевоплетение, но возвращаются домой и повторяют узор, который они плели исторически на своей земле. Кстати, один узор шел только для детской одежды, другой для блузок, для украшения, третий — для постельного белья.


В годы оккупации, с 1941 по 1943 годы, школа кружевниц прекратила свою работу. Почти все старинные экспонаты кружева уничтожены.

– У нас в Мценске не было кружевоплетения 70 лет. Этот промысел совсем захирел. Как говорят, до войны еще можно было увидеть кружевниц, которые выходили и что-то плели. А после войны совсем исчезли. Возрождаться кружевоплетение начало лишь в 1992 году. Была соответствующая программа. Под нее попали ливенские гармошки и мы. Благодаря ей удалось открыть школу кружевниц. Когда открыли школу, дети, которые приехали сюда с родителями, или потом здесь родились, шли учиться. Местных корешков практически не было. Вот, получается, насколько убили то, что было. Потом здесь нужны были рабочие руки на заводах и где-то еще, а кружево — баловство.

Мы с Анной Шалыгиной подходим к витрине с экспонатами кружева соседних областей. Здесь работы из Вологды, Ельца и Михайлова. Мастер отмечает, что елецкое кружево «пошло» от мценского. Елец в ХVIII веке входил в Орловскую губернию. Мастерицы с мануфактуры помещицы Протасовой передавали свой опыт и в соседний городок.

– Особенность кружева в том, что оно одно из самых архаичных кружев. Потому что здесь большая связь была с язычеством. Я хоть и говорю, что с ХVIII века у нас кружево плели, но есть исследования Тарачкова, который писал в 1868 году: «В бытность мою во Мценске мне показывали изумительные работы мценских рукодельниц. Не только современные, но и те, которые были сделаны боле, чем 150 лет назад». Вот и получается, что минимум с 17 века уже плели у нас кружева. И несмотря на то, что мануфактура помещицы Протасовой работала чисто вся на иностранных, на импортных сколках (технические рисунки-схемы будущих изделий — РП), но все равно продолжалось плетение нашего архаичного кружева, где много геометрических рисунков. Каждый рисунок что-то означал, он что-то нес свое, обережное.

– Мценское кружево было золотым, черным, серебряным и белым, слоновой кости. Цвет изделия зависел от ниток, которые использовали. Конечно, когда плели нитями заграничными, то и изделие получалось другим, потому что нити шелковые: более тоненьким, легким, — рассказывает старший научный сотрудник «Мценского краеведческого музея» Наталья Посаженникова. — Нити из-за границы были очень дорогими. Когда их покупали — взвешивали. Привозили во Мценск, мастерицы плели изделие, а остатки нитей снова взвешивали и изделие тоже. Так смотрели за тем, чтобы не было воровства на мануфактуре.

Кто и что

– Мы занимаемся уже 22 года. Чтобы обучить человека кружевоплетению, нужна группа по 10 человек. Сейчас у нас так и есть. Раньше было пять групп, сегодня четыре группы, — рассказывает Анна Шалыгина. — С детьми, когда начали работать, работали с двенадцатилетними. Но чем раньше ребенок начинает работать с коклюшками (деревянные палочки, на которые наматываются нитки для плетения кружева — РП), тем в более взрослом возрасте у него моторная скорость развивается лучше. Если человек во взрослом возрасте пришел в кружево, он такой высокой скорости не достигнет. Поэтому в школу мы стали набирать уже с семи лет.

Анна Шалыгина проводит меня в центральную комнату школы, где занимаются кружевоплетением. Вдоль стен узкой и длинной комнаты — стулья. Перед ними — подставки с подушками в форме валика. Подушки накрыты материалом: чтобы пыль не садилась на готовое кружево.

– Когда дети постарше были, были крупнее работы. Курс был рассчитан на три года. Когда стали приходить семилетние, мы занимались с ними больше. Сейчас у нас пятилетняя программа обучения. По окончанию выдаем свидетельство.


Анна Шалыгина помогает детям плести

Спрашиваю, что сегодня плетут в школе кружевниц, и какие изделия пользуются большей популярностью среди учеников.

– Плетем и салфетки, и закладки, и подарки мамам. Сейчас очень популярны те работы, которые можно вставить в рамку. Раньше делали только картины, вышивку — это было популярным. Сейчас кружевоплетение. И очень красиво получается. Маленькие работы у нас идут на выставку. В этом году отправляли сумки. Нашили сумки, а как украшение — кружево. Очень даже красиво получилось.

В мастерскую кружевоплетения входят первые ученики: Анжела и Максим. Дети бросают свои рюкзаки на стулья и начинают подготавливать рабочие места: наматывают на коклюшки нитки, поправляют валики на подставках.

– Когда к нам в школу пришли, я увидела, что здесь делают такие изделия. Анна Алексеевна надела свою жилетку из кружева, она мне очень понравилась. У меня мечта сплести какой-нибудь зонтик и маме подарить, ей это очень нравится, — рассказывает четвероклассница Анжела Ушакова.

Анна Шалыгина говорит, что Максим пришел в школу кружевниц осенью. Но официально заниматься он будет с нового учебного года. Пока только осваивается.

– Мне Анжела показала кружево. Это очень красиво, и я захотел научиться этому. И тем более мне Анжелка сказала, что Анна Алексеевна мальчиков в школе приветствует, ну я и пошел. Я знаю, что мужчины тоже делали кружевные изделия: ну там, сети плели. Я скоро, на следующую весну, сделаю кружевную выставку. Мне говорят, что это будет шок, что мальчики тоже занимаются, — рассказывает Максим Кутепов.

– Не сразу, но мальчишки стали ходить, в конкурсах учувствуют. Раньше близнецы даже занимались. Пока они в начальных классах, ходят с удовольствием. Потом переходят в старшие классы и перестают посещать школу,— добавляет Анна Шалыгина.


Занимаются сегодня в учреждении и взрослые люди. Их немного, но для школы кружевниц они — ценные мастера.

– У нас часто приходят взрослые со своими детьми: посмотрят на работы детей и тоже им хочется сделать такое. Тоже плетут. У нас есть две бабушки, они давно уже занимаются, одни из первых учились здесь. Это наш костяк, — говорит Анна.

Как и за сколько

Анна Шалыгина садится за рабочее место. Показывает процесс кружевоплетения на примере будущей жилетки. На подушку-валик крепится сколок. При тканье используется всего две нити — основная и уточная, при плетении — множество. В некоторых работах их может быть больше пятидесяти. Каждая нить наматывается на отдельную палочку — коклюшку. Вставляя булавки в специальные точки-пометки на сколке и перекидывая коклюшки, переплетают нити.

– Рисунки-сколки делаю я сама. Иногда хочется сплести чужую работу. Но это же не мое, откладываю. Все, что плетется у нас в школе, разработано либо мной, либо мценскими мастерицами, — говорит Анна.

Я подхожу к детям. Максим плетет необычного фиолетового кота, Анжела — салфетку.

– Это уже вторая моя работа. Еще три-четыре занятия и я ее закончу, — говорит Анжела.

Постепенно комната кружевоплетения заполняется молодыми мастерицами. Каждая из них готовит рабочее место, а после садится за плетение. Перезвоном коклюшек наполняются все школьные помещения.

Сегодня коклюшки для школы кружевниц изготавливает только один мценский мастер.

– У нас пока есть мастер. Он был учителем труда и у него есть маленький станочек, на котором и делает коклюшки. И вот он нас пока выручает. Делает самые дешевые коклюшки в России — по 10 рублей, — рассказывает Анна Шалыгина.

– А какие предпочтительно нитки использовали и используют мценские кружевницы?

– Елец — предпочтительно шелк, раньше. Вологда — раньше только лен. Мы — из-за неимения льна плетем из всего, что есть: все, что крепкое, не ворсится. Делались работы из шерстяных ниток, но это не прижилось.

Интересуюсь, изготавливает ли школа мастериц кружевоплетения продукцию на заказ, как мастерская ливенской гармошки.

– Мы не завод, мы штамповкой продукции не занимаемся, но заказы выполняем. К нам обращается и местное население, и из-за границы заказы приходят. Вот два года назад заказ делала в Израиль — для свадебного платья украшение. Мне присылали выкройку. Я с ней работала, разрабатывала детали. Мастер одобряла, и потом это все оформлялось. Цена работы складывается из ниток, которые используются в работе, сложности рисунка.

Здесь, наряду с вещицами, которым уже более полувека, есть и те, которые были сделаны совсем недавно. Почти любое понравившееся изделие можно сразу же приобрести.

– У нас, в основном, проходит реализация изделий на выставках — на выездных. Но и к нам люди приезжают очень часто. Бывают экскурсии из Москвы, Тулы... В провинцию едут охотно посмотреть на промыслы. Летом особенно много заказов на изделия из кружева. Мы связываемся с нашими мастерами, они выполняют, продаем. Туристам очень нравится кружево, — говорит Наталья Посаженникова.

– Не очень дорогие вещи расходятся хорошо, дорогие хуже, что очень жалко, конечно. Фабричное кружево делается на станках. Цена у таких изделий — бюджетная. А на коклюшках — ручная все же работа. Цена за нее высокая,— добавляет директор «Мценского краеведческого музея» Елена Матвеева.

Директор музея подводит меня к витрине с кружевными воротниками. Рассказывает о стоимости изделий.

– Эти воротнички стоят 2800. Это божеская цена. Им цена вообще 4000–5000 рублей.

Рядом другой экспонат — крестильный набор. В него входят детская рубашка, шапочка, салфетка и полотенце.

– Цена такого набора у нас 900 рублей. В прошлом году он стоил 4500 тысячи. Но там было коклюшечное кружево, а это уже нет. На шапочке даже ангелы были. Изумительная работа, — рассказывает Наталья Посаженникова.

Одним из самых дорогих изделий мценских рукодельниц является скатерть. Она сплетена на коклюшках. Ее стоимость — 25000 рублей. Самые дешевые изделия из мценского кружева — салфетки, платки, мешочки.


Цена этой скатерти — 25 тысяч рублей

– Салфетки продаются, косынки. Косынки 250 рублей стоят всего. Их в храм берут, чтоб пойти. Мешочки с кружевом — по сто рублей. В основном, конечно, в качестве сувениров приобретают изделия, — рассказывает Елена Матвеева.

– Такой подарок не только приятен и просто красив, но его еще можно передавать из поколения в поколение, как, например, кружевные подвязки. Своей дочери обязательно куплю такую к свадьбе, — говорит Наталья Посаженникова.
Текст и фото: Марина Сенина
«Русская планета», Орел

Пяльцы веером
Почему вологодское кружево вновь становится востребованным, и все больше женщин пытаются освоить этот промысел

Вологодское кружево зародилось во второй половине XVI века, когда после открытия Северного морского пути Вологда стала крупным торговым центром и туда начали прибывать иностранные купцы. В разные столетия интерес к кружеву то пропадал, то оно вновь становилось популярным. Но почти всегда активность и успешность промысла отражала экономическую ситуацию в государстве. Менялась и тематика кружева. Так, в годы советской власти предпочтение отдавалось изображениям вождей, пятиконечных звезд и даже техническим новинкам. Но всегда для вологодских женщин плетение кружева являлось неотъемлемой частью жизни и сегодня все больше кружевниц возрождают традиции, пытаясь адаптировать их под современный уклад жизни и экономику. Чтобы посмотреть, как спустя 500 лет старинный промысел уживается с сегодняшней экономической моделью, корреспондент «Русской планеты» отправился в Вологодскую область. ©
~~~~~~~~~~~


Сотрудницы кружевного цеха объединения «Снежинка»

Тотьма тянется к прекрасному

Небольшой город Тотьма расположился в пяти часах езды от Вологды на берегу Сухоны. Приезжих он встречает высокими церквями с элементами барокко, пыльными улицами и во многом сохранившейся исторической застройкой. По большому счету этот город никогда не славился кружевоплетением, но сейчас здесь все больше женщин пытаются этим зарабатывать. Учиться плести они ходят в специальный кружок, который организовала Ольга Гаврилова.

В помещении, где она работает, по стенам развешены образцы кружева. Справа висит то, что сплели дети, у окна – работы взрослых. «Обычно приходят женщины после 30-40 лет. Лежит, видимо, душа у людей к прекрасному, поэтому они и записываются. Они ходят, кто сколько хочет. Говорят: «Вы только нас не бросайте». Я не буду их бросать, – говорит Ольга, параллельно плетя какой-то кружевной узор. На большую овальную подушку, набитую соломой, она накидывает чертеж, который называется сколком. Булавки, воткнутые в определенные места, являются основой для закрепления нитей. В помещении все время раздается стук деревянных палочек – коклюшек – на которые намотаны льняные нитки. С виду процесс плетения кружева кажется не хитрым, но рисунок, который постепенно проявляется, выходит очень сложным и витиеватым.

Плетением кружева Ольга начала заниматься еще в 70-х годах. Образование получила в Вологодском училище, потом работала на кружевном объединении «Снежинка», которое с начала века устраивало или скупало кружево у всех женщин в Вологодской области, которые занимались плетением. «В бригаде было определенное задание – сплести столько-то жилетов, столько-то воротников. Мастер распределял, кто и сколько будет плести. Были переходящие знамена на предприятии. За это боролись. Меньше 130-150 рублей в месяц не получали. Для девушки, которая пришла работать после училища, это были неплохие деньги», – вспоминает Ольга свою работу в «Снежинке».

В начале 90-х «Снежинка» из государственного предприятия трансформировалось в частную компанию. Из-за всеобщего экономического упадка в стране заказов становилось все меньше, предприятие практически перестало работать с надомницами, оставив, таким образом, тысячи женщин без заработка. Сейчас все они перешли на другие места работы, а кружевом пытаются получить дополнительный заработок.

«Мы ищем точки реализации. Цены предлагают маленькие. Спроса на большие вещи нет. Поэтому просят маленькие цветочки, салфеточки, лошадок в год лошади. Из Питера приезжают, из Москвы, из других городов. Люди ездят, интересуются, кто плетет, где чего можно купить. На мой взгляд, те, кто у нас это скупает, наш труд не ценят. Мы постоянно с этим сталкиваемся. Мы хотим одну цену, а нам говорят, что это дорого, – жалуется Ольга и добавляет, что если бы у нее была какая-то определенная точка сбыта, то было бы проще.


Кружевоплетение коклюшками

«Сейчас много разных мелких скупателей-покупателей. У «Снежинки» самые дорогие цены. У женщин и бабушек, которые продают на Кремлевской площади кружева, цена минимальная. От 700 до 1000 рублей салфеточка стоит, а в «Снежинке» уже от трех до пяти тысяч. Жилет там может стоить до 50 тысяч, воротнички по 20 тысяч стоят. А если такую брошь мы продаем за 350 рублей, то нам говорят, что это дорого. А в Вологде она будет стоить около тысячи», – говорит Ольга, держа в руках кружевные изделия которые сделала либо сама, либо ее воспитанницы. Она связывает низкий спрос с тем, что в Тотьме невысокие зарплаты и люди просто не могут себе позволить покупать большие кружевные вещи. «Людям может и хочется иметь хорошую вещь, но когда озвучиваешь цену, даже минимальную, люди удивляются. Я же не говорю им, чтобы они сейчас всю сумму платили, можно по частям. Они же не в магазине. Но все равно не многие на это идут», – объясняет кружевница, снова переставляя булавки на сколке.

Она рассказывает, что пытается искать заказчиков через интернет, и находит, но договориться с ними получается далеко не всегда. «Не так давно я связывалась с женщиной из Москвы. Она просила сделать отделочку для платочков из шелковой нити. Но там очень кружево тонкое. Я попробовала, но мы не привыкли к такой нитке. К нитке надо привычку», - говорит Ольга, показывая большие катушки нитей из льна, который традиционно производят в Вологодской области.

Втридорога

С иногородними заказчиками пытаются работать многие профессиональные кружевницы Вологодской области. Причем доход от продажи изделий получается в несколько раз больше, чем их зарплата на основной работе. Несмотря на это исторически так сложилось, что женщины, плетущие кружево, вынуждены продавать результат своего труда в разы дешевле, чем в итоге изделие будет стоить в магазине.

« Нам платят копейки, а продают дороже. Я на Питер работаю. Мне за работу платят тысячу, а продают в три раза дороже», – говорит еще одна кружевница Наталья Ельцова. Основная ее работа – вахтер в местном доме культуры. За возвышающейся стойкой в холодном здании, с разрешения директора, она расположила подушку и пяльца для плетения. Кружевницей стала случайно, потому что не смогла поступить на кондитера. С этим ремеслом она знакома от бабушки. Как и в семье Ольги Гавриловой, мама Натальи не занималась кружевом вообще, и навык к обеим женщинам передался через поколение. Наталья рассказывает, что плетет и на работе и дома. Раньше она также проходила практику на предприятии «Снежинка», а сейчас ищет заказы в соцсетях. Продавая кружево, она может зарабатывать в месяц около 15 тысяч рублей. На основной работе, по ее словам, она получает «минималку» – пять тысяч рублей. Мешает только то, что заказы не стабильны.

«Если бы было стабильно, то, наверное, я бы отказалась от основной работы. Вот та женщина, что у меня с Питера заказывает, сейчас говорит, что заказов нету. Вот этот воротник только, да еще один, а сейчас уже конец мая, – объясняет Наталья, показывая на белоснежное кружево с растительным узором.

Снимок
Работницы объединения «Снежинка» демонстрируют декоративное панно

Она считает, что сейчас наступило время, когда вологодское кружево снова возрождается, а женщины снова начинают интересоваться плетением. «Не знаю, почему возрождение происходит, но все равно к старому обратно приходят. Все равно это в генах или как там? Тянет к этому. Я не могу дома сидеть и просто телевизор смотреть. Сижу и чем-то занимаюсь. Всегда интересно что-то новое, – рассуждает Наталья. – Хотя я этим зарабатываю, потому что у меня с ребенком проблемы, лекарства не всегда дают, приходится выбивать или покупать».

Кружевница рассказывает, что она звонила на предприятие «Снежинка» и пыталась устроиться надомницей, но окончательного ответа так и не получила. «Они записали все данные, сказали, что перезвонят, но пока нет ничего. Знакомая из училища сказала, что осталась всего одна мастерская, а надомниц распустили. Даже за февраль им еще зарплату не дали», – говорит она. В какой-то момент разговора ее рабочее время заканчивается и приходит сменщица. Наталья бережно упаковывает подушку и незаконченное кружево, чтобы продолжить плести дома.

Орден красного кружева

Само предприятие «Снежинка» расположилось в многоэтажном здании на окраине Вологды. Большую часть помещений переориентировали под офисы. Небольшой цех и магазин от предприятия разместили в самом центре города на Торговой площади. В просторных залах магазина висит одежда и предметы интерьера, некоторые из них стоят около 200 тысяч рублей. У окна – кованая кровать, заправленная кружевным бельем. В небольшом светлом помещении сидят десять женщин и плетут кружево. На стенах развешаны большие панно, на одном из них изображен храм Христа Спасителя в окружении типичных для Сибири узоров. В начале ХХ века на предприятие работало около 40 тысяч кружевниц из 100 тысяч по России, в 1970 году их было уже 6500 человек, а сегодня всего несколько сотен.

«Было кружевное объединение «Снежинка», которое существовало с 1930 года. Тогда же была организована художественная лаборатория. До этого были небольшие артели. После объединения во главе стояла художественная лаборатория, которая занималась изготовлением новых рисунков. Слава, которая была приобретена в далекие годы, сохраняется и сейчас. Все знают, что такое вологодское кружево. Я хочу сказать, что сегодня у нас выпускается более пятисот наименований», – дежурно отчитывается мастер кружевного участка Алевтина Гамина. Сама она начала плести еще в 60-х годах и осталась при деле в современное время.

«Не знаю, почему начала заниматься этим. Мне по характеру ближе рукоделие. Каждый, наверное, приобщился к мастерству. Может кто-то с рождения нашел это, а кто-то преодолел трудности, научился и стал кружевницей. Я выросла совершенно не в кружевном районе. Но когда-то это видела моя мама и объяснила, что это за рукоделие», – рассказывает Алевтина. Женщина вспоминает, что в советские годы заказов было в разы больше, кружево отправляли в разные страны, а сейчас спрос заметно снизился. «Работали на все союзные республики. В одну Грузию или Армению мы отправляли по 50-60 черных косынок. Сейчас всего этого не стало. Спрос, как таковой, только через экскурсии, выставки, ну и по линии ассоциации художественных промыслов. А раньше заключались договора и поставки были из месяца в месяц. Сейчас в основном это индивидуальные заказы, общение через интернет», – говорит кружевница.

Снимок1
Магазин вологодского кружева

На вопрос о том, как возрождается кружевоплетение в Вологодской области, женщина обижается: «Оно и не было утеряно! Мы как работали, так и работаем. Мне не нравится слово «возрождение». В деревнях как? Если я умею плести с 68-го года, то у меня так и осталось это мастерство в руках. Так и в других селениях Вологодской области. Люди могут и рисунок сами создать и любую выкройку. Так почему она не будет этим заниматься? Думаете была «Снежинка» и растаяла? Нет, не растаяла. Просто с экономикой страны и области уменьшился количественный состав. При этом мы существуем, выпускаем и радуем глаз, но не до всех еще достучались. Но если бы была поддержка на федеральном или областном уровне, но пока ее не хватает».

В 2003 году Гамина обратилась к Владимиру Путину во время его прямой линии с народом и спросила его о том, что будет с вологодским кружевом и народными промыслами. «В годы Отечественной войны наша страна расплачивалась за поставки вооружения вологодским кружевом. Тогда нас работало 40 тысяч человек. Сейчас нас осталось 100», – сокрушалась кружевница перед президентом. Путин ответил, что подумает над этим вопросом. Он сказал, что «к сожалению, не отработана система подготовки кадров в этой сфере, и об этом мы тоже должны подумать». После этого в Вологде открыли музей кружева. А потом реализовали какую-то губернаторскую программу по поддержке народных промыслов, появился специализированный колледж.

Люди возвращаются

Губернаторский колледж народных промыслов открыли неподалеку от фабрики «Снежинка». В отреставрированном здании расположился небольшой музей и классы для обучения студентов. «Кружево было во все периоды. Сейчас идет рост внимания к народным промыслам. Кризис промысла совпадает с тем, когда происходит кризис в государстве, – рассказывает заместитель директора колледжа по инновационной деятельности Мария Медкова. – В 90-е годы многие это оставили. У населения не было покупательной способности. Кружево не продавалось, были задержки. Тогда очень многие ушли из кружевниц в кондукторы или продавцы. Я тоже работала на предприятии и потом ушла. Сейчас люди возвращаются, зарплаты подросли и люди выбирают свое любимое дело».

По ее словам, сегодня все больше людей интересуются кружевоплетением, в ремесло приходят чтобы научиться этим зарабатывать, хотя делать это сложно. «С трудоустройством есть проблемы, потому что отрасль нужно поддерживать независимо от того, прибыльные изделия или нет. Но мы расширяем образование. У нас есть педагогическая подготовка, чтобы выпускники могли вести ИЗО, например, или работать в учреждениях дополнительного образования. В райцентрах во всех есть студии и кружки, они есть и в сельских домах культуры. Помимо этого выпускники могут работать художниками. Также есть и предпринимательская подготовка», – объясняет Медкова. Зарплата кружевниц на предприятии «Снежинка», утверждает она, составляет около 15 тысяч рублей, в то время как в среднем по городу платят около 20 тысяч. Именно по этой причине кружевницы не хотят передавать учить ремеслу своих дочерей.

«Зарплаты невелики и кружевницы подрастающих дочерей к нам не отправляют учиться. Все видят своих детей с большими зарплатами и на хороших местах», – говорит Мария, добавляя, что сегодня, как и 500 лет назад в кружевном деле высоких зарплат не было.

Тем не менее, вологодские женщины все больше ориентируются на этот традиционный промысел, они ходят в различные кружки, учатся плести дома, пытаются адаптировать это искусство под современность, работать с иногородними и даже зарубежными заказчиками. «Знаете, тут у меня есть подруга из Германии, так вот она-то говорит, что в Европе сейчас большой интерес снова к кружеву появился, появилась потребность и деньги. Так что, я думаю, что это будет востребовано в ближайшее время», – поделилась с корреспондентом «Русской планеты» продавец одного из магазина с кружевом.
Антон Кравцов, «Русская планета»
Фото: Антон Денисов, РИА Новости | Сергей Метелица, Фотохроника ТАСС | Юрий Кавер, РИА Новости, архив

promo yarodom september 20, 2012 20:29 5
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…