?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Next Entry
Лица России. Чукчи
Я витрина
mamlas wrote in yarodom
Лица России. «Жить вместе, оставаясь разными»

Мультимедийный проект «Лица России» существует с 2006 года, рассказывая о российской цивилизации, важнейшей особенностью которой является способность жить вместе, оставаясь разными — такой девиз особенно актуален для стран всего постсоветского пространства. С 2006 по 2012 в рамках проекта мы создали 60 документальных фильмов о представителях разных российских этносов. Также создано 2 цикла радиопередач «Музыка и песни народов России» - более 40 передач. В поддержку первых серий фильмов выпущены иллюстрированные альманахи. Сейчас мы – на полпути к созданию уникальной мультимедийной энциклопедии народов нашей страны, снимка, который позволит жителям России самим узнать себя и для потомков оставить в наследство картину того, какими они были. ©
~~~~~~~~~~~
Другие лица России
Цикл аудиолекций «Народы России» — Чукчи

Общие сведения

Ч‘УКЧИ, лыгъо равэтлъан (самоназвание - "настоящие люди"), народ в Российской Федерации (15,1 тыс. человек), коренное население Чукотского АО (11,9 тыс. человек), живут также на севере Корякского АО (1,5 тыс. человек) и в Нижне-Колымском районе Якутии (1,3 тыс. человек). По данным Переписи населения 2002 года численность чукчей, проживающих на территории России, составляет 16 тысяч человек, по данным переписи 2010г. - 15 тыс. 908 человек.

Говорят на чукотском языке чукотско-камчатской семьи. Распространён также русский язык (свободно владеют 61,3% Чукчей, считают родным - 28,3%).

Чукчи подразделялись на оленных - тундровых кочевых оленеводов (самоназвание чаучу - "оленный человек") и приморских - оседлых охотников на морского зверя (самоназвание анкалын - "береговой"), живущих совместно с эскимосами.

Предки Чукчей и родственных им коряков обитали во внутренних районах Чукотки. Они занимались охотой на северного оленя, вели сравнительно оседлый образ жизни. В начале 1-го тысячелетия часть племён продвинулась на морское побережье, где частично ассимилировала эскимосов, а частично восприняла их образ жизни и культуру. Оленеводство сложилось у тундровых Чукчей, по-видимому, под влиянием коряков незадолго до появления русских. Первые упоминания Чукчей в русских документах - с 40-х годов 17 века. Поселения "пеших" Чукчей - оседлых морских охотников располагались вместе с эскимосскими между мысом Дежнёва и заливом Креста и далее на юге в низовьях Анадыря и реки Канчалан. Численность Чукчей в конце 17 века составляла около 8-9 тыс. человек. К концу 18 века территория Чукчей простиралась от Омолона, Большого и Малого Анюев на западе до кочевий пенжинских и олюторских коряков на юго-востоке. Расширение территории обитания Чукчей сопровождалось окончательным выделением территориальных групп Чукчей: колымской, анюйской, или малоанюйской, чаунской, омолонской, амгуэмской, или амгуэмо-вонкаремской, колючино-мечигменской, онмыленской (внутренние Чукчи), туманской, или вилюнейской, олюторской, берингоморской (морские Чукчи) и др. В 1897 численность Чукчей составляла 11751 человек. В 1930 был образован Чукотский национальный округ, с 1977 - автономный округ.

Основное занятие тундровых Чукчей - кочевое оленеводство, имевшее ярко выраженный мясо-шкурный характер. Использовали также ездовых оленей в упряжке. Стада отличались сравнительно крупными размерами, олени были слабо приучены, выпасались без помощи собак. Зимой стада держали в укрытых от ветра местах, перекочёвывая по несколько раз за зиму, летом мужчины уходили со стадом в тундру, женщины, старики и дети жили в стойбищах по берегам рек или моря.

Основное занятие береговых Чукчей - охота на морского зверя: зимой и весной - на нерпу и тюленя, летом и осенью - на моржа и кита. На тюленей охотились в одиночку, подползая к ним, маскировались и подражали движениям животного. На моржа охотились группами по несколько байдар. Традиционное охотничье оружие - гарпун с поплавком, копьё, ремённая сеть, со 2-й половины 19 века распространилось огнестрельное оружие, методы охоты упростились. Иногда стреляли тюленей на большой скорости с нарт.

Рыболовство кроме бассейнов Анадыря, Колымы и Чауна было слабо развито. Рыбу ловили сачком, удой, сетями, летом - с байдар, зимой - в проруби. Лосося заготавливали впрок. До настоящего времени сохранилась охота на птиц с помощью "бола" - метательного орудия из нескольких верёвок с грузами, которые опутывали летящую птицу. Раньше при охоте на птиц пользовались также дротиками с метательной дощечкой, петлями-ловушками; гаг били в воде палками. Женщины и дети занимались также сбором съедобных растений.

Традиционные ремёсла - выделка меха, плетение сумок из волокон кипрея и дикой ржи у женщин, обработка кости у мужчин. Развиты художественная резьба и гравировка по кости и моржовому клыку, аппликация из меха и тюленьей кожи, вышивка оленьим волосом. В 20 веке развилась сюжетная гравировка по кости и моржовому клыку. Центром косторезного искусства стала мастерская в селе Уэлен (создана в 1931).

Большинство современных Чукчей сохраняют традиционные занятия в рамках оленеводческих и промысловых хозяйств. Часть занята в животноводстве, звероводстве, тепличном овощеводстве, сфере обслуживания, образования и здравоохранения. Семьи оленеводов живут в оседлых посёлках; укрупнены поселения приморских Чукчей.

Для общественного строя Чукчей к началу контактов с русскими было характерно перерастание патриархальной общины в соседскую, развитие имущественной дифференциации. Олени, собаки, жилища и байдары были в частной собственности, пастбища и промысловые угодья - в общинной. Основной социальной единицей тундровых Чукчей было стойбище из 3-4 родственных семей; у бедняков стойбища могли объединять семьи, не связанные родством, в стойбищах крупных оленеводов жили их работники с семьями. Группы по 15-20 стойбищ были связаны взаимопомощью. Приморские Чукчи объединялись по несколько семей в байдарную общину (этвэт йырын), возглавлявшуюся хозяином байдары. У оленных Чукчей существовали патрилинейные родственные группы (варат), связанные общими обычаями (кровная месть, передача ритуального огня, общие знаки на лице во время жертвоприношений и др.). До 18 века было известно патриархальное рабство. Семья в прошлом большая патриархальная, к концу 19 века - малая патрилокальная. Существовали элементы группового брака ("переменный брак"), отработки за невесту, у богатых - многожёнство.

Основное жилище - разборный цилиндро-конический шатёр-яранга из оленьих шкур у тундровых Чукчей и моржовых - у приморских. Свод опирался на три шеста в центре. Внутри яранга разгораживалась пологами в виде больших глухих меховых мешков, растянутых на шестах, освещалась и отапливалась каменной, глиняной или деревянной жировой лампой, на которой также готовили пищу. Яранга приморских Чукчей отличалась от жилища оленеводов отсутствием дымового отверстия. До конца 19 века у приморских Чукчей сохранялась полуземлянка, заимствованная у эскимосов (валкаран - "дом из челюстей кита") - на каркасе из китовых костей, покрытых дёрном и землёй. Летом в неё входили через отверстие в кровле, зимой - через длинный коридор. Стойбища кочевых Чукчей состояли из 2-10 яранг, были вытянуты с востока на запад, первой с запада ставилась яранга главы общины. Поселения приморских Чукчей насчитывали до 20 и более яранг, беспорядочно разбросанных.

Тундровые Чукчи передвигались на дугокопыльных нартах на оленях, приморские - на собаках. Пользовались также ступательными лыжами-ракетками, на Колыме - заимствованными у эвенков скользящими лыжами. По воде передвигались в байдарах - лодках, вмещающих от одного до 20-30 человек, из моржовых шкур, с вёслами и косым парусом.

Традиционная одежда - глухая, из шкур оленей и нерп. Мужчины носили двойную рубаху-кухлянку длиной до колен, подпоясанную ремнём, к которому привешивали нож, кисет и др., двойные узкие штаны, короткую обувь с меховыми чулками. У приморских Чукчей была распространена одежда из кишок моржа. Головные уборы носили редко, в основном - в дороге. Женская одежда - меховой комбинезон (керкер), зимой двойной, летом - одинарный, меховая обувь длиной до колен. Носили браслеты и ожерелья, была распространена татуировка лица: кружочки по краям рта у мужчин и две полосы по носу и лбу у женщин. Мужчины стригли волосы кружком, выбривая темя, женщины заплетали в две косы.

Основная пища оленных Чукчей - оленина, береговых - мясо морского зверя. Мясо употребляли в сыром, варёном и вяленом виде. Во время массового забоя оленей заготавливали впрок содержимое оленьих желудков (рилькэиль), варя его с добавлением крови и жира. Приморские Чукчи заготавливали мясо крупных животных - кита, моржа, белухи, заквашивая его в ямах (копальгын) зашитым в шкурах. Рыбу ели сырой, на Анадыре и Колыме делали юколу из лосося. Листья карликовой ивы, щавель, корни заготавливали впрок - замораживали, квасили, смешивали с жиром, кровью, рилькэилем. Из толчёных корней с мясом и моржовым жиром делали колобки. Из привозной муки варили кашу, жарили на тюленьем жире лепёшки. Употреблялись также морские водоросли и моллюски.

Чукчи сохранили дохристианские верования (почитание животных - белых медведей, китов, моржей и др., священных предметов - амулетов, бубнов, устройства для добывания огня в виде доски грубой антропоморфной формы с углублениями, в которых вращалось лучковое сверло; шаманизм).

Традиционные праздники были связаны с хозяйственными циклами: у оленных Чукчей - с осенним и зимним забоем оленей, отёлом, откочёвкой стада на летовку и возвращением с неё. Праздники приморских Чукчей: весной - праздник байдары по случаю первого выхода в море; летом - праздник голов по случаю окончания охоты на тюленей; осенью - жертвоприношение морю, поздней осенью - праздник Кэрэткуна, хозяина морских зверей, изображаемого в виде деревянной фигуры, по окончании праздника сжигаемой.

Фольклор Чукчей включает космогонические мифы, мифологические и исторические предания, сказки о духах, животных, похождениях шаманов, былички и др. Мифология имеет общие черты с мифами коряков, ительменов, эскимосов и северо-американских индейцев: сюжет о Вороне - трикстере и демиурге - и др.

Традиционные музыкальные инструменты - варган (хомус), бубен (ярар) и др. Кроме ритуальных танцев были распространены также импровизированные развлекательные танцы-пантомимы. Характерен танец пичьэйнен (буквально "горлом петь"), сопровождавшийся горловым пением и выкриками танцующих.

Письменность с 1931 на основе латинской, с 1936 - на основе русской графики. Чукотский язык преподаётся в школах, на нём ведутся радио- и телепередачи, в Магадане издаётся литература. С 1990-х годов проблемами возрождения традиционной культуры Чукчей занимается Ассоциация народов Чукотки.
В.А. Тураев

Очерки

На рыбалку тянет рыба, на охоту — птица

Когда заходит разговор о чукчах, то, конечно, вспоминаются и анекдоты. Их много, десятки, а то и сотни. В анекдотах чукчи предстают перед нами в слегка утрированном, шаржированном виде.

Правда, если мы вспомним шуточные истории, например, про русских, немцев, англичан, французов, финнов, то и в них представители этих народов явлены нам достаточно комично. Это норма для такого жанра. И обижаться на это не стоит, лучше просто посмеяться.

Если же на самом деле проанализировать анекдотические истории про чукчей, то можно сказать, какие-то черты этого народа уловлены более или менее правильно. В анекдотах чукча всегда выглядит человеком себе на уме. Его просто так не сбить с того пути, который он выбрал, которым он идёт к поставленной цели. И эта черта чукотского характера вызывает у нас уважение.

Вот пример такой истории.

Однажды чукча купил холодильник. Его спрашивают: «Чукча, зачем вам холодильник?» — «Однако, зимой греться: зимой на улице —40, а в холодильнике —4».

Или вот ещё один характерный анекдот. Идет чукча, на нем кепка с четырьмя козырьками. Его спрашивают: «Чукча, ну, козырек впереди и козырек сзади — это ещё понять можно, но зачем козырьки по бокам?» — «Однако, чтобы лапшу на уши не вешали!»

Замечательный ответ! В нём есть рациональное зерно. А кепка о четырёх козырьках достойна попадания в Книгу рекордов Гиннесса!

И в воздух воины взлетали

Наше представление о чукчах значительно расширится, если мы углубимся в настоящую историю этого народа. В последнее время появилось немало важной и очень интересной информации о военном искусстве чукчей.

Известно, что одним из основных видов оружия в ближнем бою у чукчей, как и у многих народов Севера, было копье. Оно активно использовалось не только в военных целях, но и при охоте. Копьем кололи моржей на лежбище, били диких оленей на переправе через реку, ходили с ним на белого медведя. Копье было при мужчине постоянно.

Наконечники к копьям делались из камня (обсидиан, кремень, песчаник), чаще всего из кости, и позже – из металла. Каменные и костяные наконечники изготовляли сами чукчи, а вот металлические обменивали за предметы быта, меха, оленей у якутов, коряков или жителей Аляски. В тундровой зоне трудно найти подходящее деревце для рукоятки копья, поэтому, как правило, длина древка копья составляла чуть более двух метров.

Во время военных действий, когда воины сходились в рукопашном бою, чукчи использовали необычный тактический прием. Из их задних рядов в воздух неожиданно взлетали воины. Они пролетали над головами противника и опускались в их тылу. Противник, зажатый с двух сторон, быстро сдавался на милость победителя.

Долго не могли распознать, каким образом воины поднимаются в воздух и пролетают двадцать–сорок метров. Как же всё это происходило? Оказывается, воин-чукча прыгал на древко копья, которое держали два других воина. Они раскачивали копье, оно пружинило, и натренированный воин-чукча оказывался в воздухе. Как делали чукчи, выражаясь современным языком, копья-батуты, противники выяснить так и не смогли.

Тайну фантастических полетов чукчей-воинов разгадал краевед Эдуард Гунченко, проживший в чукотском селе Марково всю свою жизнь. Кстати, именно он был основателем Марковского краеведческого музея, который стал теперь филиалом Чукотского окружного музейного центра «Наследие Чукотки».

В пойме реки Анадырь, возле сел Марково, Ваеги, в поймах некоторых других рек растёт лес. Чукчи находили росток березы, обрезали нижние веточки и начинали маленький стволик скручивать, но так, чтобы не повредить ни кору, ни ствол, а только закрутить его.

Деревце росло, срезались лишние веточки, а ствол всё скручивался и скручивался. И так до тех пор, пока берёза вырастет до нужного размера – более двух метров. Вот такой высушенный, скрученный ствол и становился древком копья-батута. Его для прочности обматывали нитками оленьих сухожилий, ремнями кожи, пропитывали жиром. Об этом методе выращивания древка самому Эдуарду Гунченко поведали древние старики, возраст которых был близок к столетнему.

Копье и теперь любимый предмет для чукчей. Во многих домах можно увидеть копье в чехле. И это тоже своеобразная память о деде или даже прадеде. Правда, теперь с копьем не ходят на охоту. Нет в этом надобности, ибо мощные нарезные ружья заменили древнее оружие.

Вот такая история про летающих воинов. Согласитесь, что теперь чукчи предстали перед нами совершенно в другом свете. Наше представление об этом народе изменится ещё больше, когда мы узнаем о ритуальных чукотских праздниках. Но начнём мы с танцев.

Жесты кратки, жесты чётки

Какую информацию передают чукчи во время ритуального танца? Для непосвящённого всё это выглядит довольно странно. Танцор в течение долгого времени просто прыгает на месте, и, собственно говоря, это все, что он делает. Правда, прыгает он в определенном ритме и особенным образом.

Знающие люди утверждают, что у каждого танцующего чукчи эти прыжки индивидуальны. Если мы будем наблюдать за танцами внимательно, то сможем заметить, что в этом процессе важны не только движения, но и мимика, а также умение донести зрителям свои эмоции. Движения мужчин просты и грубоваты, но они, что называется, завораживают. И в них посвященные зрители могут уловить, «прочесть» рассказы о том, как чукчи охотятся в суровой тундре и ловят рыбу в холодном море.

Женские танцы другие. В танце чукотская женщина демонстрирует свою гибкость и грацию. Ее движения подчеркивают красоту и женственность. Кстати говоря, понять, какой танец, мужской или женский, можно уже по названию. Например, «Охота» и «Ворон» — это, конечно, мужские танцы. А «Журавушка» и «Девушки на отдыхе» — женские. Женщины во время танца часто используют элементы горлового пения.

Как уже упоминалось выше, танцоры способны о многом рассказать в своем танце. Вот как описывает танец легендарного танцора Атыка русский поэт Сергей Наровчатов:

... Там тогда из бурь крылатых неизведанных времен
Появился старый Атык, словно дух явился он.

Дух охоты и веселья, среди нас он так возник...

...Жесты кратки, жесты чётки, всё — в сейчас и всё — в потом.
Он — в качающейся лодке, он — в погоне за китом.

Море пело в пенной дымке, за буруном шел бурун,
По киту по невидимке бил невидимый гарпун.


Кстати говоря, красивый поэтический образ: кит невидим, но и гарпун, бьющий по нему, тоже невидим…

Если мы будем знакомиться с чукотскими танцами ещё основательнее, то с удивлением выясним, что танцор, передвигаясь во время танца, следует по ходу солнечного светила. А горловое пение, хлопки и бубны, с которыми неотрывно связаны танцы чукчей (и других северных народов), призваны напугать и прогнать злых духов.

И ещё одно важное различие. Мужчины-чукчи танцуют, рассказывая о суровых краях своей родины. Мужчины танцуют для всех зрителей. Женщины же танцуют для мужчин.

Чукотские женщины всегда адресуют свой танец мужчинам. В танце при помощи взгляда, мимики, движений танцовщица сообщает своему избраннику, как она к нему относится. С помощью танца она может донести информацию, которая заключена в одной фразе «Гымнан гыто ыльгу тыльгыркынигыт». Не так-то просто эти слова выговорить. Как говорится, без тренировки никак не получится. На русский язык эта головокружительная фраза переводится очень просто: «я тебя люблю».

Такие слова мечтает услышать от своей возлюбленной каждый мужчина-чукча. Если же девушка не симпатизирует своему ухажеру и не хочет отвечать ему взаимностью, то всё это во время танца она сможет ему сообщить.

Когда чукчи танцуют? Прежде всего на праздниках. Например, у тундровых чукчей основные обрядовые праздники распределяются в течение года следующим образом.

Пэгытти – 21-22 декабря – чукотский Новый год (зимнее солнцестояние). Это когда по чукотским поверьям в созвездии Орла восходит звезда Пэгытти (то есть – Альтаир);

Тиркык, эмэт – январь – праздник встречи солнца;

Ръилет – конец зимы - начало весны – гонки на оленьих упряжках;

Элгааткон (Элгыраткон) – февраль-март – отбивка стада, его подготовка к весне и летовке. Праздник посвящен оленям. По своей сути он знаменует окончание зимнего сезона и начало весеннего подготовительного сезона;

Кильвей («Праздник молодого теленка») – апрель-май – посвящен прибавлению в стаде;

Ульвэв – май-июнь – посвящается жилищу (яранге) и новому летнему стойбищу, куда после весны переезжают оленеводы. Во время праздника проводится обряд ваамкаанмат, посвященный реке или озеру, где обосновалось новое стойбище;

Вылгыкаанмат (Вылгыкоранмат) – август-октябрь – итоговый и самый главный праздник оленеводов. В это время проводился осенний забой оленей с проведением обряда благодарения. Ведётся своеобразная подготовка к зиме и следующему оленеводческому сезону.

Праздник первого телёнка

Праздник первого теленка (Кильвэй) считается вторым по значению годовым праздником. Весной, после долгого зимнего сна, когда в природе все оживает, оленеводы пребывают в радостном ожидании, а в стадах появляются первые телята. И с каждым днем их становится всё больше и больше. Важенки сбрасывают свои рога. Их собирают, чтобы соорудить из них что-то вроде холма.

Подготовка к Кильвэю идет заблаговременно: шьётся праздничная одежда, собирается утварь, обкладывается камнями очаг. Особое внимание уделяется приготовлению блюд.

Праздник начинается с того момента, когда хозяйка выносит горячие угли и мелкий горящий хворост. Она направляется к холму из рогов. В это время женщины из другой яранги также подходят с горячими углями и разжигают небольшие костры на заранее приготовленном месте.

Затем хозяин стада объявляет о торжественном перемещении холма из оленьих рогов ближе к яранге. Это действие символизирует дальнейшее передвижение оленьего стада.

Груду рогов постепенно двигают в сторону яранги, после этого начинается угощение гостей. Когда женщины угощают гостей, то они обращаются к присутствующим с пожеланиями. Например, желают, чтобы из телят выросли важенки, чтобы потом умножилось и всё стадо.

Составной частью этого праздника являлся обряд «Благодарение». После него начинаются спортивные состязания.

Имеет смысл рассказать и об обряде «Благодарение», который является основной частью традиционных праздников «Молодого оленя» и «Первого теленка».

Обычно праздник проходит на улице. Место проведения — за костром. По традиции праздник начинает женщина, ибо она хранительница очага. Хозяйка устанавливает три приза возле костра, а затем три женщины перепрыгивают через костер или обходят его по кругу и устремляются к призам, чтобы взять их.

Когда спортивные развлечения заканчиваются, хозяин бьет три раза в ярар (бубен) и исполняет под свой аккомпанемент прыжковый танец. Затем идет танец хозяйки и её сына.

Хозяйка начинает свой танец горловым пением. К ней присоединяются и другие женщины. Потом звучат песни, посвященные братьям нашим меньшим — зверям. Участники, накинув на себя шкуры медведя, росомахи и других животных, выступают, подражая реву и крикам зверей.

Песенно-танцевальные соревнования начинаются с процесса разогрева бубнов. После него происходит ритуальное шествие вокруг костра и творческое соревнование в исполнении песен, скороговорок, инсценировки сказок, а также в составлении орнаментов из кусочков меха, состязании в быстроте пошива детских чижей и шапочек.

Следует обратить внимание на то, что этот праздник заканчивается танцем отряхивания одежды от остатков зла. Затем начинается общее веселье.

Кит находится среди гостей

Основным древним праздником для прибрежных чукчей являлся и является «Праздник Кита». Добыча морского исполина – это одно из самых важных событий, оно определяет жизнь всего поселка на весь следующий год. Обычно накануне праздника все селение встречает байдару с гонцами, принесшими весть о добытом ките и скорой встрече с отважными охотниками.

Старейшина встречает гонцов, и он же приглашает их к ритуальному костру. Во время угощения охотники рассказывают, как проходит охота, чья байдара первой загарпунивает кита. Затем охотники и старейшина идут на берег, где одна из самых почтенных женщин приветствует их песнями. О чём поётся в песнях? О смелых и сильных охотниках.

Когда появляется байдара с загарпуненным китом, раздаются радостные возгласы встречающих. Среди них не только жители селения, но и гости. Охотники на байдарах приветственно поднимают весла.

Прибывших встречает жена хозяина главной байдары. И она же проводит ритуальную церемонию: угощает кита кусочками мяса и кореньями, а также поит его пресной водой. Охотники совершают обряд вырезания тонких пластин кожи. Эти пластины они подносят мальчикам селения. У этого действия есть большой символический смысл: в будущем мальчики тоже должны стать такими же славными зверобоями.

Независимо от того, когда был убит кит, главная часть праздника проводится зимой. В это время жители уже свободны от напряженных забот, связанных с обеспечением себя пропитанием до будущего лета. Для праздничного дня припасают самые лакомые кусочки мяса и шкуры, готовят вкусные блюда, шьют праздничную одежду.

Местом праздника выбирают самую большую ярангу или ярангу хозяина главной байдары, которую снаружи посредством снежных блоков и байдарных весел делают похожей на байдару. Все собираются в пологе, а если места не хватает, то зрители размещаются и в холодной части яранги.

Обряды совершаются в течение целого месяца, во время которого поют, танцуют, состязаются в силе и ловкости, обмениваются вещами. Причем обрядовые пляски и шаманство происходят и днем и ночью, так как считается, что кит постоянно находится среди гостей и его надо развлекать.

В последний день праздника появляются танцоры в масках, символизирующих перевоплощение танцоров в духов, которым посвящался праздник.

Главный герой всех обрядов праздника – это умирающий во время охоты и воскрешающий при примирении с охотниками кит. «Добытый кит – великий гость», -считали и считают чукчи.

Бросая кусочки мяса в море, умилостивляя зверя, люди говорят: «Ты пришел ко мне погостить, спасибо. Отпускаю тебя обратно, и в следующий раз приходи ко мне во множестве».

Преданья старины глубокой

Праздники, как мы теперь знаем, есть у чукотского народа. А есть ли у чукчей, например, сказки? Есть не только сказки. Есть у чукчей и исторические предания, которые повествуют о войнах чукчей с эскимосами, коряками, русскими. Известны также мифологические и бытовые предания.

Бывает так, что бытовая по сути своей сказка содержит много элементов из мифологической картины мира чукчей. То есть рассказывается вроде бы житейская история, но через неё мы узнаём о том, как устроен окружающий мир.

Вот пример такой сказки.Называется она очень просто: «Женщина с мячом».

Говорят, женщина одна жила. Большой дом у женщины был, хороший. Не работала она. Вся ее работа была — в мяч играть. Поспит женщина, утром проснется, поест и говорит:

— Ну вот, я и готова, можно идти. Хороший у меня мяч, большой!

Выйдет. Станет мяч пинать. Весь день в мяч играет. Устанет, в дом идет отдохнуть.

Вот раз подумала женщина: «Ох, из чего же мне мяч новый сделать? Только, наверное, не сумею я. Да нет, пожалуй, сумею, потому что я ведь не здешняя, я ведь хорошая, лунная!»

И вот взяла она луну, взяла солнце и сделала мяч. Солнце с одной стороны, луна — с другой.

Готов мяч, только нет в нем ничего, пустой. Говорит женщина:

— Чем же мне наполнить мой мяч, такой большой и красивый!

Вышла, посмотрела вверх и говорит:

— Чем же еще наполнить мой мяч? Вот и наполню всем этим. Все звезды с неба возьму!

Собрала все звезды с неба. Вошла в дом. Взяла мяч. Насыпала внутрь звезд. Зашила мяч. Кончила дело, вышла. А на небе ни звезд, ни луны, ни солнца нет. Темно везде. Говорит, женщина:

— А ну-ка, брошу я свой мяч вверх!

Бросила. Сразу светло стало. Упал мяч — опять темнота кругом. Подбросит мяч — светло, поймает — темно. Кончила играть, взяла мяч, в дом пошла. Мяч с собой взяла. Такая кругом тьма стала, хоть глаз выколи!

Страшно людям стало. Мужчины говорят:

— Как же так? Где солнце? Где луна и звезды?

Один мужчина инчоунский (расположен посёлокИнчоунсевернее мыса Дежнёва на берегу Ледовитого океана. – Ред. задумался. Говорит:

— Отправлюсь-ка я в путь на собаках, на собачьей упряжке!

Погрузил на нарту два мешка из целых нерпичьих шкур, наполненных жиром, собак запряг. Взял бревно — длинное, толстое. Говорит:

— Вон что делается! Весь народ мрёт, потому что солнца нет, луны и звезд нет. Поеду-ка я в Лорино (посёлок на северо-восточном побережье Чукотки. – Ред.). Хоть сестру, которая там живёт, проведаю.

Отправился. Макнёт в жир бревно, подожжёт, и горит свеча, дорогу ему освещает. А ветра совсем нет. Ну и безветрие! Так он всю дорогу макал бревно в жир. Вот уже полпути проехал.

Увидела его женщина с мячом и говорит:

— Вот так мужчина! Какой умный! Зажег свечу и едет! Сейчас выйду — жалко мне этого мужчину!

Захватила с собой мяч и вышла. Подбросила мяч вверх. Вдруг кругом светло стало.

Испугался едущий в Лорино мужчина. А потом говорит:

— Вот так-так! Думаем, куда это солнце делось, куда луна и звезды подевались? А оказывается, вон оно что! Ну и женщина! Откуда она взялась? Весь народ хочет погубить. Что мне с ней сделать? Хорошо бы мяч у нее отнять!

Поехал к ней. Женщина снова в дом вошла. Опять темно стало. Подъехал мужчина к дому, говорит:

— Ну-ка, женщина, выходи!

Женщина отвечает: — Не выйду!

Мужчина говорит: — Нет уж, выходи!

Женщина снова отвечает: — Не выйду!

Взял мужчина каменный нож. Вошел. Схватил женщину, говорит:

— Сейчас я тебя убью! Какая ты плохая! Весь народ из-за тебя погибает. Сейчас убью!

— Не убивай!

— Убью!

Испугалась женщина, говорит: — Ладно, брошу я этот мяч!

Мужчина говорит: — Тогда не убью! Пойдем!

Вышли. Бросила женщина мяч на землю. Мужчина говорит ей:

— Нет, ты вверх бросай! Что ты сделала с солнцем, луной и звездами? Разрежь-ка мяч и бросай!

Женщина говорит: — Ой, ой, ой! Осталась я без мяча!

Заплакала.

Бросил мужчина мяч высоко вверх. Только и сказал при этом: «Эгэ».

Сразу стало светло.

Мужчина говорит: — Больше так не делай!

Женщина отвечает: — Ладно. Не буду делать больше так.

Отправился инчоунский мужчина домой. Обрадовались все люди. А женщина с тех пор все шила и шила. Сошьет мяч — солнце, луну и звезды на нем вышьет. Много мячей сшила. Все.

Примечателен и конец этой сказки. Женщина, которая играла в мяч, нашла себе интересное дело: занялась самым настоящим прикладным художественным творчеством.

Жизнь охотников в наскальных изображениях

Раз уж мы коснулись художественного творчества, то следует обязательно упомянуть и о памятнике древней культуры Чукотки периода позднего неолита. Это пегтымельские наскальные рисунки — петроглифы (I тыс. до н. э.). Выбиты они на скалах правого берега реки Пегтымель на весьма продолжительном, почти полукилометровом протяжении Кайкуульского обрыва. Всего на 12 скалах сохранилось 104 группы силуэтных изображений.

Чаще других повторяется типично охотничий сюжет: охотник, сидя в маленькой лодке, поражает копьем или гарпуном огромного дикого оленя. Художник рисовал вполне реальную сцену, при этом вожделенную добычу — оленя — высекал на скале большим, тучным и очень реалистичным, а лодку с охотником — несоразмерно маленькими. Человек в лодке обозначен просто одним штрихом.

Некоторые петроглифы дают представление о различных способах охоты на диких оленей: весной на лыжах с собаками по насту и осенью на плаву в реке. На многих петроглифах изображены крупные лодки с большим количеством гребцов, основным назначением которых было задержать оленей, не дав им уплыть вниз по течению реки. Решающую же роль в охоте на оленей играли маленькие юркие лодочки с двухлопастным веслом — каяки, совершенно водонепроницаемые, обтянутые со всех сторон кожей, со специальным люком для гребца.

В сценах охоты на китов, каланов и других морских животных видны большие лодки с высокими острыми носами и немалым количеством гребцов. Таким образом, каменные картины дают совершенно определенную информацию о первых мореходных средствах зверобоев Чукотки.

Искусство древних чукотских художников, проникнутое живостью и зоркостью восприятия, а также развитая камнеобрабатывающая техника говорят о достаточно высоком для каменного века уровне культуры.

Вот такие они, чукчи. Сильные и мужественные. Многому можно у них научиться. В том числе и умению различать на глаз аж сорок видов снега! (Для сравнения: в центре России люди различают не более пяти видов).

А еще можно научиться у жителей Чукотки учтивости и чуткости.

Об этом даже сложена специальная скороговорка.

Учитесь учтивости у чукчи и чувствуйте чуточку чутче.

И, конечно, у чукчей можно научиться правильному отношению к природе и вообще к окружающему миру. Не случайно одна из чукотских пословиц гласит:

«Нельзя рубить сук, на котором ещё обратно домой ехать».

А перед тем как произнести эту пословицу, надо сказать слово «Однако»…

Buy for 20 tokens
По несчастью или к счастью, Истина проста: Никогда не возвращайся В прежние места. Даже, если пепелище Выглядит вполне, Не найти того, что ищем, Ни тебе, ни мне. В cтиле забытого pетро Путешествие в обратно Я бы запретил, Я прошу тебя, как брата, Душу не мути.…