mamlas (mamlas) wrote in yarodom,
mamlas
mamlas
yarodom

Categories:

Стихийная память / Традиции

Ещё по теме кладбищенских традиций

Смерть за пределами кладбища
Фотограф Максим Шер и журналист Артем Костюковский исследуют спонтанную мемориализацию

Траурные венки на столбах у дороги, стихийные мемориалы на местах авиакатастроф и терактов — уже вполне привычные сегодняшние реалии. ©

Ещё у Максима Шера


Придорожный кенотаф на Киевском шоссе, Московская область, 1990 год

Антрополог Анна Соколова изучает спонтанную мемориализацию — интересное и важное явление, позволяющее понять, как мы переживаем горе, что происходит с нашим отношением к смерти, как оно меняется. В интервью «Русской планете» Анна Соколова рассказала, как появляются стихийные памятные знаки.
— Когда начали появляться спонтанные мемориалы?

— Сравнительно недавно, в 1980-х, причем как в России, так и во всем мире. Какие-то единичные случаи могли быть и раньше, но первый масштабный и известный такой мемориал в СССР возник после смерти Высоцкого, в 1980 году. Люди несли стихи, фотографии к Театру на Таганке, оставляли их там.


2.
Придорожный кенотаф на Ярославском шоссе, Московская область


3.
Придорожный кенотаф на Киевском шоссе, Московская область, 2000-е годы

— Это было связано с популярностью Высоцкого?

— Появлению стихийного мемориала в первую очередь сопутствует протестный потенциал. Это хорошо прослеживается на примерах Высоцкого и Цоя. Высоцкий — непризнанный властью поэт, Цой — символ перемен, о которых пел. В той или иной степени социальный протест присутствует также в случаях авиакатастроф и ДТП. Чтобы люди начали собираться, приносить цветы, записки, игрушки и так далее, должна произойти какая-то несправедливость, должен быть кто-то виноват. Не погибший (в таком случае мемориал не появится), а, скажем, ошибившийся пилот, пьяный водитель, вовремя не приехавшая скорая. На Западе импульс к мемориализации дала гибель принцессы Дианы. В этой истории протест был связан с поведением королевской семьи, дистанцировавшейся от трагедии. У нас же был большой мемориал защитников Белого дома. Небольшая его часть сохраняется до сих пор.


4.
Спонтанный мемориал у посольства Нидерландов в Москве, появившийся после крушения рейса MH-17 в июле 2014 года


5.
Спонтанный мемориал у посольства Нидерландов в Москве, появившийся после крушения рейса MH-17 в июле 2014 года

— Власти обычно не против стихийных памятных знаков?

— Иногда спонтанные мемориалы становятся постоянными, и здесь можно говорить о консенсусе между обществом и государством. Самый яркий пример — Ярославль, где после гибели хоккейной команды «Локомотив» появилось четыре мемориала: два на кладбищах, один у стадиона и еще один огромный комплекс на месте падения самолета. Здесь опять же можно говорить о протестной составляющей. Многие горожане считают, что трагедия произошла потому, что в тот день в Ярославле проходил Мировой политический форум и приоритет якобы отдавался правительственным бортам. В заключении МАК говорится о вине пилотов, но едва ли не все ярославцы, с которыми я разговаривала, считают, что во всем виноваты власти.

Важен также следующий момент. Когда погибает известный человек или происходит катастрофа, ты не можешь выразить скорбь традиционным образом, потому что ты не был знаком с этими людьми, тебя не позовут на кладбище. А тут получается, что ты участвуешь в траурном мероприятии — хотя бы таким образом.


6.
Крест с венком на Ярославском шоссе, Московская область, 2010-е годы


7.
Придорожный кенотаф на Киевском шоссе, Московская область, 1995 год

— Нечто похожее происходит и в социальных сетях, когда после трагедий люди вдруг начинают вести себя как на панихиде, выражать соболезнования родственникам погибших, хотя те явно не увидят эти посты.

— Да, это тоже своеобразная форма спонтанной мемориализации, способ как-то выразить свои скорбные чувства. С одной стороны, написать в «Фейсбуке» гораздо проще, чем купить цветы и отнести их к мемориалу, с другой — такое выражение скорби не анонимно, человек таким образом четко маркирует авторство своей позиции. Это было очень ярко видно после крушения малайзийского «Боинга» под Донецком.


8.
Народный мемориал на месте крушения рейса 821 в Перми, 2008 год


9.
Фрагмент народного мемориала на месте крушения рейса 821 в Перми, 2008 год. Под портретом командира самолета Родиона Медведева кто-то ручкой написал: «Спасибо летчик, дай бог тебе».

— Когда появились первые мемориалы погибших автомобилистов вдоль дорог?

— Они фиксируются, начиная с 1960-х. В фильме Шукшина «Живет такой парень», вышедшем в 1964 году, есть эпизод: герои едут на полуторках, останавливаются у такого мемориального знака, поминают, едут дальше. Но тогда это были единичные случаи, а массовым явление стало опять же в 1980-е. Но дело не только в автомобилизации общества. Смерть в авто- и авиакатастрофах — это всегда скоропостижная, преждевременная смерть. Традиционно к таким покойникам отношение было как минимум настороженное, их старались не вспоминать, не поминать. И вдруг обратное явление: памятный знак на месте гибели, «нехорошем месте», и возможность лишний раз помянуть человека.


10.
Придорожный кенотаф на Киевском шоссе, Московская область, 1989 год


11.
Придорожный кенотаф на шоссе Энтузиастов, Балашиха, 2010-е годы

— Зачем это стало нужно? Может быть, легче свыкнуться со смертью человека непосредственно на месте, где она произошла?

— Если речь идет о памятных знаках на местах ДТП — это, несомненно, так. Наша культура вообще насыщена поминальными ритуалами, во многих семьях обязательно посещают могилы близких несколько раз в год (в дни рождения, смерти, на Пасху). Памятник на месте гибели — это дополнительный поминальный локус, еще одна возможность пережить свою скорбь, осмыслить утрату.


12.
Придорожный кенотаф на сельском проселке в Костромской области, 2001 год


13.
Букет искусственных цветов с иконкой, прикрученные к дереву, Ярославское шоссе, Московская область

— Почему людям необходимо еще что-то, помимо кладбища и могилы? Какие механизмы здесь включаются?

— Спонтанные мемориалы — свидетельство того, что траур выходит за пределы кладбища. Одного кладбища уже недостаточно, пространство смерти расширяется. В любой культуре есть ограничение траура, он не может быть вечным. Заканчивается даже самый долгий траур — траур вдовы, и ее новое замужество спустя какое-то время социально одобряется. А в случае спонтанных мемориалов точка не ставится, люди могут подолгу посещать эти памятные знаки. Это говорит о том, что традиционные механизмы переживания горя и соответствующие духовные практики больше не работают. Идет гиперматериализация смерти — когда необходимы дополнительные памятные знаки. Это связано с социальными изменениями в обществе, с долгим атеистическим прошлым, с потерей связи с родными местами. Все стихийные мемориалы и кенотафы — попытка понять, как нам быть со смертью в новой жизни. Это общемировой процесс, не только российский. Цивилизации нужны новые формы траура, и она их ищет.


14.
Придорожный кенотаф в виде беседки с крестом, Ярославское шоссе, Московская область, 2007 год


15.
Придорожный кенотаф в виде беседки, фрагмент, Ярославское шоссе, Московская область, 2007 год

— Отношение к смерти — одна из базовых характеристик человечества. Что эти изменения говорят о нас, какими мы становимся?

— Мы становимся менее зависимыми от общества. Смерть стала делом интимным, внутрисемейным. Сейчас уже мало где в больших городах выставляют гроб с телом перед подъездом, чтобы соседи могли проститься. Такая независимость дается нелегко, поскольку участие соседей и знакомых в похоронах часто психологически важно родственникам, они чувствуют себя менее одинокими. Возможно, создание публичного мемориала — это попытка компенсировать отсутствие социального участия.


16.
Придорожной кенотаф в виде фигурного креста с фотографией и флажком ВВС, на Киевское шоссе, Московская область, 2012 год


17.
Придорожный кенотаф на месте гибели милиционера на шоссе Энтузиастов, Балашиха, 2006 год

— Как эти изменения связаны с религией?

— Если говорить о памятных знаках на местах ДТП, то от христианства здесь нет ничего. Все священники, с которыми я обсуждала это, были настроены крайне критично к этой практике. С остальными мемориалами все не столь однозначно. Церковь часто принимает участие в мемориальных мероприятиях (как, например, в Ярославле или в дни памяти трагедий Беслана, «Норд-Оста»). На месте мемориала впоследствии может быть установлена часовня (как около Трансвааль-парка в Москве) или крест, как на месте гибели Егора Свиридова (футбольного болельщика, убитого в Москве. — РП).


18.
Придорожный кенотаф в виде часовни на Ярославское шоссе, граница Московской и Владимирской области, 2010 год


19.
Интерьер придорожного кенотафа в виде часовни на Ярославское шоссе, граница Московской и Владимирской области, 2010 год

— Что нас ждет в будущем? Могут ли возникнуть принципиально новые формы мемориализации?

— Мемориальные формы — крайне устойчивый элемент культуры. Практически все они фиксируются в той ли иной степени, начиная с самых ранних археологических памятников — цветы и зерна злаков на гробе, особая одежда умершего. Траурные речи над могилой, отгороженное место для захоронений — все это известно с Античности. Советская власть приложила большие усилия для создания принципиально нового похоронного обряда. Но, по большому счету, все пропагандистские усилия потерпели фиаско. Сложившийся обряд оказался компиляцией заимствований из других культур.


20.
Придорожный кенотаф на Ярославском шоссе, Московская область, 1997 год

Справка

Анна Соколова — антрополог, религиовед, научный сотрудник отдела русского народа Института этнологии и антропологии РАН. Кандидат исторических наук, тема диссертации: «Трансформации похоронной обрядности у русских в XX—XXI веках».

© «Русская планета», 5 сентября 2014
Tags: 80-е, дороги и транспорт, жизнь и люди, интервью и репортаж, катастрофы и катаклизмы, кладбища, культура, мастер, мнения и аналитика, музеи и выставки, народ и элиты, нравы и мораль, общество и население, памятники и достопримечательности, россия, символы, смерти и жертвы, современность, ссср, фольклор, фото и картинки
Subscribe
promo yarodom september 20, 2012 20:29 8
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments