?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Next Entry
Художники Мордовии. Валерий Гурвич
Я витрина
mamlas wrote in yarodom
Ещё о живописи Поволжья

Мир деталей. Жизнь и эмиграция саранского художника Валерия Гурвича
Спецпроект «Столицы С»: май-галерея Сергея Суворова

…Моя знакомая проходила преддипломную практику в Германии. В городе Веймаре познакомилась с русским музыкантом. Он представился Никитой и сказал, что родом из Саранска. Когда ему было 13 лет, семья эмигрировала. Дома у Никиты сохранились картины его отца — Валерия Гурвича. ©

Ещё в проекте


Валерий Гурвич уехал в Германию в 1994 году…

Вот такая получилась цепочка. И значит, пришло время рассказать о непростой судьбе еще одного малоизвестного художника… Таков закон жизни — одним достается слава, а другим…
Валерий Викторович Шелимов родился 30 июля 1950 года в Саранске. Позже он взял фамилию жены — Ольги Юрьевны Гурвич. В 1967-м окончил школу, затем — Казанское художественное училище. Получил профессию художника-декоратора. В 1981—1987 годах учился на факультете иностранных языков Мордовского госуниверситета…

«В детстве мы оба посещали музыкальную школу, я училась играть на фортепиано, Валера — на скрипке, — рассказывает сестра Наталья Викторовна. — До сих пор помню, как брат разучивал «Как пошли наши подружки…» и терции звучали очень грязно. Валера постоянно канифолил смычок — мол, в нем вся причина. Отлынивал как мог. Думаю, уже тогда в его детской душе зрело желание создавать свои произведения, а не просто исполнять чужие. Все родственники сильно огорчились, когда Валера бросил заниматься скрипкой и пошел в художественную школу. У нас в семье все были музыкантами…»

Он с большой радостью окунулся в мир живописи. Рисовал все и всех: сестру, родителей, бабушку, дедушку, виды из окон, натюрморты… Его учителем был известный мастер Валентин Попков, который воспитывал зорких, тонких, глубоких художников… В это же время дома у Валерия появилось много книг об искусстве. Он читал запоем. В том числе художественную литературу, журналы… Ко времени окончания Казанского художественного училища превратился из наивного мальчика во всесторонне развитую личность! Родных поражали глубина и широта его знаний…

Валерий Шелимов долгое время трудился в республиканском драмтеатре декоратором и сценографом. «Возможно, там были и сложности, и конфликты, но папа всегда рассказывал об этой работе только хорошее, — рассказывает Никита Гурвич. — Он подружился с замечательным режиссером Владимиром Бородиным, который поддерживал самые оригинальные идеи. Папа был мастером деталей. В его работах много загадок, цитат… Например, вместе с Бородиным они ставили «Снежную королеву». Декорации и костюмы к спектаклю были незабываемы. Все проработано до мелочей. И это многообразие собиралось в одну целую форму. Папа также принимал участие в постановке в качестве статиста — изображал разбойника. Очень волновался, когда выходил на сцену…»

Потом Валерий Викторович работал в детской художественной школе, которую когда-то окончил, в интернате для глухонемых детей. Устраивал выставки своих учеников. «Иногда у отца не хватало терпения и он дорисовал некоторые работы», — вспоминает Никита Гурвич. Также Валерий Шелимов работал реставратором в Макаровском монастыре, что тоже очень сильно повлияло на его творчество…


2. Marylin Monroe, 25×36 cм


3. «Перуанские войны», 140х60 cм


4. «Дом», 100×85 cм


5. «Бельведер. Осень», 40×60 cм


6. F6, das Spiegelei mit der Pfauenfeder oder die Reise nach Costa Brava, 40×40 см


7. «Запах миндаля», 200х105 см


8. «Жизнь куриного окорочка», 50×50 см


9. «Из тени в свет перелетая…», 60×40 см

«Когда родился Никита, брат одной рукой его укачивал, а другой готовил курсовые и диплом, — говорит Наталья Викторовна. — И был счастлив! Заочно окончил университет. А потом настали тяжелые времена, когда приходилось работать сутками напролет. Валерий оформлял витрины магазинов, а по ночам подрабатывал грузчиком…» В начале 1990-х Шелимов, как и многие другие художники, ездил в Москву, где продавал картины иностранным туристам. Тогда в стране царила атмосфера какой-то безысходности. Люди искусства не имели возможности творить так, как просила душа… Именно это и стало главной причиной, по которой Валерий Викторович в 1994 году вместе с семьей эмигрировал в Германию. Первые годы за границей были наполнены надеждами. Появилась возможность спокойно работать. Не было больше постоянной борьбы за выживание. Валерий Гурвич (Шелимов) верил, что им обязательно заинтересуются галереи и что в Европе талантливый художник непременно будет успешным…

Однажды, гуляя с сестрой по улицам Веймара, он спросил: «Видишь ли ты какую-либо разницу между природой Германии и России?» Она покачала головой. Те же деревья, дворы, поля, городские окраины… Никаких особых отличий. Наталья Викторовна говорит, что брат никогда не испытывал ностальгии. А может, просто не говорил об этом. Единственное, чего ему не хватало, — русской речи. Но боль и обида за Родину видна в его картинах того периода…

«Валера был добрым и свободолюбивым человеком, каким и должен быть настоящий художник, — рассказывает бывшая жена Ольга Юрьевна. — «Я человек мира!» — часто повторял он. Но, без всяких сомнений, Валера любил Родину, был частью ее. Посмотрите «Рыбу» или «Сказание о граде Китеже». Там в мерцании стразов и позолоты, сиянии куполов церквей — восхищение и гордость, мечта о счастье и благоденствии Русского Человека…» «Помню, как Валера еще в Саранске рисовал эскиз рамы к «Рыбе», а потом беспокоился: сможет ли резчик сделать ее так, как задумано, — добавляет сестра. — Но рама получилась на славу! Валера работал над этой картиной бесконечно — что-то дополнял, дорисовывал…»

Еще одна ключевая работа Гурвича, отражающая его мироощущение, называется «Дом». Она посвящена Владимиру Высоцкому и его одноименной песне. Галерист из Нью-Йорка высоко оценил уникальность картины. Она делится на три уровня. Нижний — это страшное темное подземелье, в среднем живем все мы, а верхний — небесный, духовный. Но все в этом доме искажено. Художник изобразил «святую троицу», которая проигралась в карты и потеряла духовный облик. У всех «коридорное видение». Из водки «Тройка» выезжает тройка лошадей, справа от них находится муза, но она уже не девственна, она обрюхачена. А между музой и «троицей» Гурвич нарисовал гитару Высоцкого. На нижнем уровне Андрей Тарковский в луже — вода всегда присутствовала в фильмах этого гениального режиссер. Еще один важный символ-цитата — зажженная свеча, отсылающая нас к кинокартине «Ностальгия». Между потолком и стеной спрятаны запрещенные в советское время книги. И через всю картину скачет красный пульс, который затем становится белым и прямым — еще один отсыл к Владимиру Высоцкому, у которого остановилось сердце. Над всей многофигурной композицией развешен транспарант с цитатой: «Да здравствует международная солидарность сумасшедших — единственная возможная из солидарностей!». Действительно, чтобы не сойти с ума в нашем мире — нужно самому стать сумасшедшим. А наверху ангелы. У них в руках кресты — как палочки для марионеток. С их помощью ангелы управляют жизнью людей. От крестов идут ниточки к каждому из персонажей. И не вырваться уже из этой паутины. Страшную картину мира рисует Художник…

В Германии появлялись новые интересные идеи. Но поисками связей, раскруткой Гурвич не занимался. У него, к сожалению, как говорит Никита, была вера в то, что найдется человек, который займется его продвижением. Художник был полностью погружен в творчество. Занимался тем, что было для него по-настоящему важно. Создавал, творил, мыслил… К сожалению, в Европе никто и никогда не заинтересуется хорошим музыкантом или художником, если он не будет продвигать себя самостоятельно. У Гурвича было несколько выставок в Германии. Им восхищались, называли его работы уникальными, но этим все заканчивалось. Выставки были не на том уровне, не для тех людей, которые могли бы всерьез заинтересоваться художником…


10. «Рыба», 83х68 cм

В 2000 году Валерий Гурвич развелся с женой. «Я остался жить с папой и видел, как сильно он переживал, — говорит Никита. — Стал замкнутым. Состояние усугублялось творческими мучениями. Папа понимал, что не сможет себя раскрутить, а больше этим заниматься никто не будет. «Вот вырастешь и станешь моим менеджером», — горько шутил он…» А потом художник тяжело заболел. Он умер в Москве 23 декабря 2004 года…

«Когда во второй раз я приехала в Германию, брат с досадой в голосе сказал, что все забывается, — вспоминает Наталья Викторовна. — Было понятно, что Валера имел в виду. Он грустил, не хотел мириться с болезнью и неизбежностью своего ухода. Чем больше проходит времени, тем острее и глубже ощущается отсутствие брата. Мне так не хватает его мудрости, глубины и доброты — выстраданной, осмысленной. И все очевиднее окружающая нас пустота, в которой так мало одаренных и порядочных людей, каким был мой брат. Сейчас так много «художников», умеющих выгодно себя продвигать, но их работы не оставляют следа в душе…»

Сын Никита с детства общался со взрослыми интересными людьми, отец постоянно развивал его кругозор, прививал любовь к хорошей литературе, музыке, повсюду брал с собой. Благодаря правильному воспитанию он сформировался как гармоничная личность. Когда Валерий Гурвич заболел, то вместе с сыном ездил в клинику, где проходил химиотерапию. «Однажды папа пошел на процедуру, а я остался в коридоре. Там на стене висели рисунки, и вдруг один из них просто поразил меня. Я почувствовал что-то до боли знакомое, родное! Отец выходит из кабинета, и я говорю: «Смотри — как будто это ты нарисовал!» Он помолчал немного и сказал: «Знаешь, это моя работа! Я сделал ее, когда лежал в клинике…»

Конечно, у каждого свой жизненный путь и ни у кого он не легче и не проще. Некоторым художникам достается слава, а другие… плывут подобно большой золотистой рыбе параллельно потоку, в авангарде и несмотря ни на что…

Сергей Суворов
«Столица С», Саранск, 15 мая 2015

Buy for 20 tokens
По несчастью или к счастью, Истина проста: Никогда не возвращайся В прежние места. Даже, если пепелище Выглядит вполне, Не найти того, что ищем, Ни тебе, ни мне. В cтиле забытого pетро Путешествие в обратно Я бы запретил, Я прошу тебя, как брата, Душу не мути.…