?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Next Entry
Художники Мордовии. Иван Дергунов
Я витрина
mamlas wrote in yarodom
Ещё о живописи Поволжья

Судьба Робинзона. Как художник Иван Дергунов нашел свой «остров» в искусстве
Спецпроект «Столицы С»: июль-галерея Сергея Суворова

…Что он оставил после себя? Полсотни картин и мемориал погибшим воинам-афганцам, проект которого Иван Дергунов сделал вместе с еще одним малоизвестным художником. Этого мало? Не думаю… ©

Ещё в проекте


Иван Дергунов

Он был своего рода Робинзоном, «необитаемым островом» для которого служила мастерская. Неслучайно в своих картинах он постоянно воспроизводил образ известного литературного персонажа. Видимо, художник ощущал себя скитальцем, потерпевшим кораблекрушение в этой вселенной, и оказавшимся по чьей-то воле в конкретной точке мира…
Костя Фомин был родом из поселка Комсомольский и учился в художественной школе, где хранятся картины Дергунова. Две милые Натальи — Феоктистова и Качанова — предложили ему сделать фильм о художнике. В общем, совместными усилиями получилась небольшая документальная лента «Робинзон». Но так как ее мало кто смотрел, то пусть будет статья о нем…

Вдова художника Валентина Дергунова вспоминает: «Иван родился в чамзинских Ремезенках, а потом уехал в Саранск и поступил в художественную школу — как говорится, сбежал из деревни, где нужно было заниматься хозяйственными делами – за домашним скотом ухаживать, в огороде помогать родителям… Но у него с детских лет была мечта стать профессиональным живописцем. Мать поддерживала Ивана. И он буквально боготворил ее. А вот с отцом отношения не сложились. Дергунов-старший был против того, чтобы сын посвятил себя рисованию. Отец работал смотрителем на железнодорожной станции. Через много лет Иван изобразит его на картине в виде темного призрака, возвышающегося над землей. Отец выходит из сумрака с желтым фонарем в руках, а за ним, словно игрушечный, мчится паровоз… Может быть, между ним и сыном был подобный разговор — как в фильме «Робинзон». «Зачем тебе эта живопись, сынок? Оставайся дома. Будешь в колхозе работать» — «Пойми, отец, я пробовал, но мне могу пересилить себя». К сожалению, и тогда, и сейчас многие считают занятие искусством – бесполезной тратой времени…


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.


13.

Освоив азы изобразительного искусства в Саранской художественной школе, юный талант окончил Чебоксарское художественное училище. Потом вернулся в Мордовию. Работал в Ичалковской детской художественной школе, которую открыл Николай Петрович Рожков. Там познакомился с Николаем Степановичем Макушкиным. «Это произошло в 1965 году, – рассказывает народный художник Мордовии. – Смотрю в окно: идет такой высокий, серьезный мужчина в очках. «Это наш новый преподаватель Иван Дергунов», — сказал директор. Мы познакомились. Иван оказался душевным простым человеком. Много общего у нас было – творческие устремления, взгляды на искусство…» Поработав в Ичалках, Дергунов приехал в Саранск и устроился в художественный фонд. «Там шла масштабная производственная работа, — продолжает Макушкин. — В то время государство уделяло много внимания портретам Ленина и руководящих работников партии, популярными были картины на тему гражданской войны. К праздникам мы делали плакаты, рекламные щиты. Конечно, не очень творческая работа, но зато можно было хорошо заработать. А уже в свободное время мы занимались своим искусством. Дергунов работал по настроению, по вдохновению… У него были композиционные вещи, которые не вписывались в официальные рамки социалистического реализма. Но он их даже не выставлял. А еще тогда была цензура. Работы всегда оценивал «идеологический» работник обкома партии…» «Он демонстрировал в своих картинах яркую индивидуальность, темперамент, внутреннюю энергию, которые внешне в художнике никак не проявлялись, — говорит доктор культурологии Ольга Герольдовна Беломоева, которая была куратором выставки Дергунова. – Его работы излучали солнечное тепло и производили необыкновенное впечатление на зрителя…»

Культуру можно представить как срез почвы, которая состоит из главного вещества – нас всех, нашего общества. Иногда внутри нее формируются благородные металлы и кристаллы. Но художник — не то что бы кристалл, но даже если он и хорош, то это не означает, что его сразу со словами благодарности подадут массовому зрителю. Некоторых сразу и не разглядишь, а разглядев, понимаешь – сберечь их творческое наследие и передать потомкам невозможно, слишком много нужно приложить усилий…

В художественном фонде у Дергунова была большая мастерская. Там он выполнял производственные заказы, занимался творчеством. Некоторое время даже жил. Спал прямо на холстах. Что творилось в его душе – сложно было понять, он редко откровенничал, не показывал скверного настроения, стараясь отшучиваться. За мимолетными остротами скрывалась глубина и индивидуальность. Макушкин припоминает такой случай: «Иван писал Спартака, которого потом так и не закончил. В качестве натурщика взял деревенского парня лет 19, бледного и тощего, на античного героя мало похожего. Грудь и плечи он ему закрасил сиеной натуральной, чтобы придать загорелый вид. Я увидел это и начал смеяться. «А что делать? – сказал Иван. — Спартак же загорелым был». А потом посмотрел на всю ситуацию как бы со стороны и тоже рассмеялся…»

В поселке Комсомольском жил двоюродный брат художника Виктор Иванович Дергунов, занимавший должность второго секретаря районной партийной организации. Он уговорил Ивана Алексеевича переехать к ним – дескать, в городе пыль, шум, суета… «Обычно он мне рассказывал про какие-то изменения в жизни, а в этот раз промолчал, — рассказывает Макушкин. — Пропал. Ушел из Фонда. Скорее всего, его все-таки тянуло в деревню…» Но наш герой не стремился показывать в своих работах сельский быт и пейзажи, он был художником другого плана. Трансформировал внешнюю действительность, пропускал ее через себя и отражал в красках внутреннее состояние. Под кистью рождался его собственный мир настроений, переживаний и философских размышлений. Вот, например, цветок на подоконнике. Часть зеленого горшка задернута полупрозрачной шторой. А за окнами осенний лес и голубоватое небо. О чем эта работа? Наверное, о доме, уюте. Мазки быстрые, легкие…

Иван Дергунов, фильм «Робинзон»: «Что я оставил в суетном мире, с которым меня теперь разделяет пропасть? Бесплодную погоню за тем, чего у меня нет, и вряд ли мне нужно? Нет, здесь мне гораздо лучше, чем раньше. Я тружусь на этой земле, и она одаривает меня…»

Художник терпит «кораблекрушение» в мире уже созданного искусства и пытается найти свой собственный «остров». Потому что только в уединении можно создать что-то стоящее и оригинальное…

Ольга Беломоева: «Думаю, он мог бы войти в число весьма значительных художников нашей республики, и только какие-то объективные и субъективные причины не позволили развиться его творчеству наиболее максимально…»

Николай Макушкин: «Иван Алексеевич был индивидуален внутренне, и эта индивидуальность сохранялась в его работах. Умный был человек, русскую классику любил, постоянно перечитывал произведения Чехова… Была у Ивана любопытная картина. На ней изображена свинья — большая, каких обычно в деревнях выращивают для мяса. Деревенский мужик обхватил ее — одной рукой держит нож у горла, а другой чешет за ушком, ласкает как бы… Необычный у Дергунова был художественный почерк. Хотя писал он реалистично, то есть объем, цвет, освещение – все как надо. Вот, например, портрет девушки с цветами – очень яркий, пастозно написан. Если попытаться сделать копию, то не получится — столько энергии вложено в эту работу через цвет, через тон…»

Валентина, вдова художника: «Ему было 33, мне 30. А так знали друг друга давно. «Давай поженимся? — говорит Ваня». «Ну, давай» — соглашаюсь я. Когда дети родились, он в них души не чаял. Вторая дочь до 12 лет все время за ним следом ходила, куда он — туда и она…»

Советский Союз закончился. 1990-е были тяжелым временем. Денег мало, а семью нужно кормить. Дети еще на ноги не встали. Вот и приходилось Ивану Алексеевичу копии с известных картин делать на продажу.

Ольга Беломоева: «Пришло новое время, которое потребовало от художника каких-то других способностей, умения крутиться в рыночных условиях, зарабатывать деньги, быть популярным и востребованным именно не с художественной, а с коммерческой точки зрения. Но Дергунов не был конъюнктурным художником…»


14.


15.


16.


17.


18.


19.


20.


21.


22.


23.

Он готовился отметить 60-летие. Но остановилось сердце… Это произошло в мастерской… Пропало много незавершенных работ. В том числе некоторые картины, на которых был изображен Робинзон…

Творческий путь Ивана Алексеевича Дергунова совпал с переломными моментами в жизни страны. Не успев реализоваться в социалистические времена, он болезненно воспринял социально-экономические изменения 1990-х. Это отразилось на творчестве. Манера стал резкой и экспрессивной. За буйством красок скрывалось депрессивное состояние. Уходящая вдаль дорога, поворот и фонарщик, который освещает тьму. Безвременье. Смена эпох… Мастерская стала для него островом, где он, подобно Робинзону, нашел приют и спасение, отгородившись от внешнего мира и приняв решение на большую землю не возвращаться…

Вот и все, что было в этом фильме. Покидая поселок Комсомольский, мы подошли к мемориалу погибшим афганцам, который Иван Дергунов проектировал с товарищем. Драматичный образ они все-таки придумали — четыре цинковых прямоугольных стелы, устремленные в небо…

Д/ф «Робинзон», 2014

___
Документальный фильм о мордовском художнике Иване Алексеевиче Дергунове. Авторы идеи: Сергей Суворов и Константин Фомин. О художнике рассказывают: заслуженный художник Мордовии Николай Макушкин,
вдова художника Валентина Дергунова, искусствовед, зав. кафедрой традиционной мордовской культуры и современного искусства МГУ им. Н.П. Огарёва Ольга Беломоева. Съемка, монтаж: Наталья Качанова, главный редактор: Наталья Феоктистова, закадровый текст читает: Александр Цыпкайкин.

Дергунов, видимо, сильно отождествлял себя с персонажем Даниэля Дефо, а может, он действительно таким был. Вот картины. Вот Пятница сидит на берегу, а вот сам Робинзон — загорелый, бородатый и суровый, неустанно борющийся со стихией, природой, самим собой. Так выкристаллизовывается дух искусства. В конечном итоге неважно, сколько осталось картин и что с ними будет. Важна внутренняя трансформация человека. А все остальное — лишь артефакты того, чего уже нет. Как хитиновый панцирь куколки, которая превратилась в бабочку, опылила цветок, оставила потомство и растворилась в мироздании. А мы с вами, одновременно включенные в этот процесс, внешним зрением видим эти артефакты и называем их картинами, искусством или еще каким-либо именем, а внутренним зрением понимаем, что все едино…

Сергей Суворов
«Столица С», Саранск, 8 августа 2015

promo nemihail 15:03, вчера 177
Buy for 20 tokens
Вчера многие СМИ проводили опрос и, что характерно, большинство людей до сих пор считают себя жертвами перестройки Михаила Сергеевича Горбачёва. А что в действительности принесла нам Перестройка? Давайте разберемся. Вот вам лично мой опыт жизни в СССР Я родился в 1980 году и уже с 2,5 лет…