mamlas (mamlas) wrote in yarodom,
mamlas
mamlas
yarodom

Categories:

Над телами да под душами / Из истории Москвы кладбищенской

Ещё кладбища Москвы

Москва на костях
Фотограф Сергей Карпов и журналист Алексей Сочнев изучили, что теперь находится на местах, где раньше были кладбища

Корреспондент «Русской планеты» Алексей Сочнев и фотограф Сергей Карпов приглашают вас на прогулку по нескольким бывшим кладбищам Москвы. ©


Здание Гохрана на месте бывшего Армянского кладбища в Филях

В старину покойников в Москве хоронили при церквях и монастырях, а для умерших насильственной смертью, странников и иноверцев существовали убогие дома, которые также называли скидельницами или гноищами. К концу XVII века в Москве насчитывалось более 300 разрастающихся кладбищ около церквей, а известных убогих домов было четыре.
Скидельницами назывались места, откуда брали глину («скидель» — глиняная посуда). Когда место вырабатывалось, евреи и христиане использовали яму для погребения странников, иноплеменных и убогих, погибших на войне или умерших от моровых язв.

Если трупов было слишком много, их сваливали в кучу в огромные ямы со льдом, не закапывая, не отпевая, оставляли до весны. Трупы хранились до Семика (четверг на седьмой неделе после Пасхи), когда тела предавали земле. К убогим домам на ритуал приходило много народу, зевак, побирушек и плакальщиц. Собравшиеся рыли могилы, вытаскивали накопившиеся мертвые тела из ямы, облекали их в саваны, клали в гробы и предавали земле. Другие в этот момент пели панихиды и молились за упокой всех погребенных. Тут же устраивали поминки, передавая из рук в руки чашу. Из-за воздействия погоды некоторые трупы подгнивали, отсюда и альтернативное название места — гноища.

В Москве известных убогих домов было четыре. Один на пересечении Пречистенки и Мертвого переулка (теперь это Пречистенский переулок). Второй убогий дом находился за Серпуховскими воротами, там был похоронен царевич Димитрий, сын Ивана IV (или Лжедмитрий). Третий — за Таганкой, на его месте построен Божедомский монастырь (он же Покровский). Самый старый, четвертый убогий дом, был на реке Самотеке при Крестовоздвиженском монастыре. В 1934 году церковь снесли, на ее месте прошел Калининский проспект (сейчас улица Воздвиженка). В 1979 году, когда через проспект строили подземный переход, культурный слой с древними гробами был вскрыт. Их сгребли в кучу экскаватором, вывезли на свалку и сожгли.

Первыми запретили хоронить в пределах Кремля цари Михаил Федорович и Алексей Михайлович: во время ливней и паводка трупный яд с церковных кладбищ и убогих домов попадал в питьевую воду, вызывал заболевания, повышал смертность. Запрет на захоронение в пределах всего города издал в октябре 1723 года Петр I. Однако его указы в Москве исполнять не торопились: москвичи считали царя Антихристом, который ведет борьбу с традициями православного народа, и продолжали хоронить около церквей.

Следом за Петром борьбу с кладбищами продолжила императрица Елизавета Петровна. Ее беспокоило не только здоровье населения, но и эстетика: могилы портили пейзаж на пути от дворца на Яузе к Кремлю. Их было велено сравнять с землей, а надгробные камни пустить на строительство новых и ремонт старых церквей. Чтобы закрыть оставшиеся московские кладбища и убогие дома, было решено открыть общегородское кладбище за пределами города. Для подбора места образовали специальный комитет из авторитетных московских священников и главного архитектора Москвы князя Дмитрия Ухтомского.

Место было выбрано соответствующее: при новых убогих домах у Марьиной Рощи, близ древнего немецкого кладбища за городской чертой. В 1732 году от церкви Иоанна Воина сюда перевезли амбар для хранения мертвых тел, а затем в 1750 году выстроили деревянную церковь Св. Лазаря Четверодневного. Так общегородское кладбище стало называться Лазаревским. Москвичи не любили его, считали проклятым местом для непокаявшихся грешников. Такое отношение к нему сохранялось до знаменитой эпидемии чумы 1771 года (тогда из-за опасности распространения болезни сенат окончательно запретил хоронить в черте города, и для покойников на скорую руку были созданы восемь кладбищ за пределами Москвы). А Лазаревское, оказавшееся единственным в Москве кладбищем внутри Камер-Коллежского вала, сделалось престижным. В XIX веке на нем уже хоронили купцов, духовенство, военных и артистов. На западе Москвы было разбито огромное Дорогомиловское кладбище. По соседству с ним расположилось Борейское (еврейско-караимское) и Армянское кладбища. На Востоке появились Семеновское и Военное кладбища, Братское на севере Москвы, на юго-востоке — Кожуховское, всего более 40 погостов.

После революции в 1920–1930 годах большевики в рамках борьбы с религиозными культами и смертью как таковой повсеместно упраздняют кладбища и вводят традицию открывать на их месте учебные заведения, парки и футбольные поля. После расширения Москвы в 1950-х годах под каток попадают кладбища в присоединенных к столице селах. С одних кладбищ родственникам разрешают перевезти останки в разрешенные места, с других останки сгребает экскаватор и отправляет в последний путь на пригородную свалку.


2. Кладбище Симонова монастыря
Дворец культуры и другие сооружения предприятия ЗИЛ были построены на месте внушительного кладбища при Симоновом монастыре. Решение о расформировании погоста и религиозного центра было принято в 1930 году. Большинство из усопших так и не были перезахоронены. Элементы некрополя до сих пор можно встретить вблизи уцелевшей церкви Рождества Пресвятой Богородицы. Здесь же в ряд выставлены надгробия, которые до этого использовались как бордюрный камень. Сам Дворец творчества в связи с реконструкцией заводской территории не так давно был переформатирован в «Культурный центр ЗИЛ». Под зданиями ЗИЛа похоронены представители русского дворянства. Например, Головины, Дурасовы, Муравьевы, Нарышкины, Татищевы, Шаховские и многие другие.


3. Кожуховское кладбище
Кожуховское кладбище было создано в 1771 году во времена буйства чумы. Тогда в сутки болезнь уносила 40–70 жизней, погибли тысячи людей. Кладбище действовало до 1935 года, когда было принято решение его закрыть, а захоронения убрать. Сейчас его территорию занимают школа №2056 (улица Петра Романова, дом 16) и пришкольная территория. Холерных кладбищ на старых картах Москвы удалось обнаружить ровно восемь. Сейчас на их месте находятся жилые дома (например, дом 3 корпус 5 и 3 корпус 6 по Большой Черкизовской улице), офисные здания или даже одно из старейших предприятий, входящих в структуру Роскосмоса, — корпорация ВНИИЭМ.


4. Люблинское кладбище
Сравнительно большое кладбище города Люблино, бывшего районного центра Московской области к юго-востоку от столицы. Существовало с 1635 года, находилось между нынешним Спортивным проездом, дом 3, и домом 5 (строение 3) по Краснодонской улице.

Кладбище было закрыто для захоронений в 1939 году и снесено в начале 1960-х годов, после присоединения города Люблино к Москве. На самом кладбище теперь располагаются школа № 335 (Спортивный проезд, дом 3А) и футбольное поле. Несмотря на то что это кладбище снесли сравнительно недавно, коренной житель Люблино Сергей Аникин в разговоре с РП уверял, что даже не подозревал о его существовании. Здесь же, в Южнопортовом районе Юго-Восточного округа, когда-то было Старообрядческое кладбище. Оно находилось между домами 3 (строение 10) и 3 (строение 13) по улице Мельникова.


5. Кладбище села Юрлово
Село Юрлово находилось на севере Москвы у правого притока Яузы реки Черемянки. Оно соседствовало с деревнями Подушкино, Сабурово, Козеево, Чернево, Медведково и Бибирево. В 1960 году села и деревни вошли в состав Москвы. Территории Сабурово, Подушкино, Бибирево и Юрлово сейчас входят в состав района Бибирево. Кладбище бывшего села Юрлово при вхождении в состав Москвы было застроено. Сейчас на его месте стоит дом 10 по улице Пришвина, в нем, кроме прочего, располагается судебный участок № 86.

На севере Москвы располагались еще два кладбища: Братское и кладбище поселка Сокол. Братское кладбище находилось в районе нынешней станции метро «Сокол» на землях бывшего села Всехсвятского. Оно было открыто по распоряжению Городской думы в начале 1915 года для захоронения москвичей, погибших на фронтах Первой мировой войны или умерших в московских госпиталях от ран. На нем были похоронены около 18 тысяч солдат, офицеров, врачей, сестер милосердия и летчиков. В 1925 году кладбище было закрыто для захоронений, а в 1932 году почти все надгробия были снесены, в центральной его части создали парк. В парке за кинотеатром «Ленинград» сохранился памятник на могиле студента Шлихтера. В 2004 году парк преобразовали в Мемориально-парковый комплекс героев Первой мировой войны, установили ряд монументов и открыли часовню в память о погибших.

На востоке поселка Сокол и Братского кладбища располагалось еще одно обычное городское кладбище. Сейчас на его месте разбит Чапаевский парк.

Не всем кладбищам повезло повезло так, как кладбищу района Сокол, где установили памятные знаки. Много лет градозащитники из организации «Архнадзор» пытаются добиться от властей Москвы решения построить в районе Соколиной Горы (Восточный административный округ) военный мемориал. Здесь когда-то находилось огромное Семеновское кладбище. Оно, кстати, было единственным «нечумным» из дореволюционных кладбищ, а после 1812 года часть территории кладбища была специально выделена для погребений героев и участников войн. Там погребали умерших от ранений в близлежащем Лефортовском военном госпитале солдат, офицеров и ветеранов как Отечественной войны 1812 года, так и последующих войн, вплоть до Первой мировой. Для жертв этой войны на южной окраине кладбища был даже выделен специальный участок, где все могилы и надписи на могильных плитах были оформлены по единому образцу, а кресты по одной форме. Семеновское кладбище называли кладбищем воинской славы России.

Весной 1935 года кладбище было закрыто для захоронений. Родственникам было разрешено перенести останки усопших. Их частично перенесли на ближайшее — Преображенское кладбище, но большая часть осталась на месте. Моссовет принял решение о досрочной ликвидации части кладбища размером 4,2 га, «вызванное государственной необходимостью в связи с прирезкой земель к территории завода №24».

На месте военных могил теперь находится ФГУП «ММПП "Салют"» и многоэтажные жилые дома. Котлован на кладбище под будущий завод рыли студенты. Один из них, Эмиль Кардин, вспоминает: «На заводе нас встретили радушно, дали лопаты и повели… на кладбище. Оно начиналось прямо за оградой и терялось где-то в зеленой дали... Рыли старательно, пытаясь подавить внутреннюю растерянность. Лопаты сокрушали гробы. Вместе с землей в тачку попадали кости, черепа, куски истлевшей ткани. Иногда в гробах обнаруживали клады – стеклянные банки с драгоценностями и золотыми монетами. Мы вызывали дежурившего неподалеку милиционера и передавали ему находку... Иной раз останки лежали в два-три слоя».

Сейчас кладбище застроено, прямо по нему прошел Семеновский проезд и трамвайные пути, разделившие его на две неравные части, из которых лишь северная, меньшая, осталась незастроенной, — именно там теперь находится сквер с Воскресенской церковью и чудом сохранившимися несколькими надгробиями. При облагораживании сквера ежегодно находят черепа, кости и даже гробы.


6. Черемушкинское кладбище
Дом аспиранта и студента МГУ, знаменитый ДАС на улице Шверника — самое большое общежитие Московского университета, а в прошлом «Дом нового быта» архитектора Остермана — находится на пересечении Большой Черемушкинской улицы и улицы Шверника. Рядом с ДАСом, где сейчас автостоянка №3, было Черемушкинское кладбище. «Я жила в ДАСе в 2002–2003 годах, и несмотря на то, что студенты любят страшилки, о кладбище никто не упоминал. Скорее всего, о нем просто не знали», — рассказала «Русской планете» бывшая студентка МГУ Мила Дубровина.


7. Тропаревское кладбище
Тропаревское кладбище находилось в ранее существовавшем селе Тропарево на юго-западе Москвы. Сейчас на месте некрополя расположился комплекс Российского медицинского университета им. Пирогова (улица Островитянова, дом 1). Кстати, это не единственное медицинское заведение на месте погоста: медицинский центр «Практика» на 3-й Мытищинской улице стоит на месте холерного кладбища.


8. Кладбище при Алексеевском женском монастыре и богадельне им. И.Н. Геер
Главный доход обители приносило монастырское кладбище, которое было открыто в 1842 году и быстро превратилось в один из самых престижных московских погостов. Всегда украшенное цветами, оно славилось множеством часовен всех фасонов: чугунных, кованых, с литьем. Не каждое московское кладбище могло сравниться с Алексеевским по числу упокоенных знаменитостей. Здесь находились могилы историков Бартенева и Шахова, публициста и издателя «Московских ведомостей» Каткова, поэта Жемчужникова (одного из создателей Козьмы Пруткова), мемуариста Вигеля, архитектора Каминского, скульптора Рамазанова — автора скульптур Аничкова моста, горельефов Храма Христа Спасителя и посмертной маски Гоголя, художников Зарянко и Прянишникова, физика Лебедева, основателя Народного университета Шанявского, мецената Надежды фон Мекк, московских обер-полицмейстеров Огарева и Власовского, психиатра Корсакова — одного из создателей Центрального полицейского покоя для душевнобольных (НИИ общей и судебной психиатрии им. Сербского). На кладбище стояли усыпальницы купцов Котовых (работы Васнецова) и Алексеевых, родителей Станиславского, семейные склепы кондитеров Абрикосовых (в советское время их фабрику переименовали в честь революционера Бабаева); Перловых, Оловянишниковых, Шустовых, производивших лучший коньяк в Москве; основателя Ново-Афонского монастыря иеромонаха Арсения. Здесь упокоились известные русские литераторы, знакомые Пушкина: например, Вельтман, историк Московского Кремля и директор Оружейной палаты, и Хлюстин, племянник графа Толстого. Судьбу Алексеевского монастыря и кладбища решил Генеральный план социалистической реконструкции Москвы 1935 года. Согласно плану, через эту местность прокладывался парадный проспект Ильича, тянувшийся от Измайлова (где был запланирован стадион имени Сталина) до Ленинских гор через площадь Дворца Советов. Назначение проспекта Ильича обязывало «осуществить на нем надлежащую монументальную застройку», что значило убрать с глаз долой храмы и могилы. Так как Алексеевское кладбище было классово чуждым, никакого переноса могил не производили. Надгробия и гранит пошли на бордюрный камень и облицовочную плитку, мрамор – на гравий. На месте кладбища был устроен детский парк, а в храме святого Алексия — дом пионеров. Сейчас на месте кладбища находится футбольное поле, все тот же детский парк, некоторые дома по улице Верхняя Красносельская, по части бывшего кладбища проходит улица Гаврикова.


9. Шелепихинское кладбище
На месте Шелепихинского кладбища был построен детский сад №1929. Исследователь исторической памяти, некросоциолог, основатель блога «Археология русской смерти» Сергей Мохов считает, что практика застраивать старые кладбища не считается кощунственной. «В Европе с кладбищами происходит приблизительно то же самое. Только к XXI веку стало придаваться значение этической стороне захоронений. Все помпезные европейские кладбища начали создаваться в эпоху романтизма — в конце XVIII — начале XIX века. Филипп Арьес в книге «Человек перед лицом смерти» подробно рассказывает про эту трансформацию отношения к смерти. Средневековое европейское кладбище — это чаще всего могила, в которую без всяких гробов сваливались тела, на картах эти места никак не отмечались. Так что по большому счету все старые европейские города, как и Москва, стоят на костях», — рассказал «Русской планете» Мохов.


10. Армянское кладбище
До наших дней просуществовало лишь одно старинное армянское кладбище неподалеку от Ваганьковского, однако карты сообщают, что было еще одно — в Филях. Находилось оно между нынешним домом 14 (строение 4) по улице 1812 года и домами 16 (строение 12) и 16 (строение 1) по Кутузовскому проезду. Сейчас там стоит здание Гохрана — Фонда драгоценных металлов и драгоценных камней России. Кладбище было закрыто для захоронений в 1956 году. В 1957 году родственникам усопших предложили перезахоронить могилы в течение года в ускоренном порядке, так как по проекту через территорию кладбища должен был пройти тоннель метрополитена от станции «Кутузовская» до станции «Фили». Через год проект был отклонен, и пути прошли чуть ближе к берегу Москвы-реки по открытому участку Филевско-Арбатской линии. В итоге перезахоронена была лишь каждая пятая могила. В 1970 годы во время строительства Гохрана вскрывалось много захоронений, и грунт вместе с гробами вывозился на братеевскую свалку. Выше от берега Москвы-реки вскрывались массовые захоронения солдат, предположительно привезенных с Бородинского сражения. Далее по берегу экскаваторы вскрывали карьерные захоронения, где человеческие останки были захоронены вперемежку с костями животных (недалеко от кладбища на старых картах обозначена скотобойня) и пересыпаны известью. Судя по остаткам формы, которую видели очевидцы, со скотом хоронили солдат армии Наполеона.


11. Кладбище сел Коломенское и Новинки
В 1988 году в районе была основана московская средняя общеобразовательная физико-математическая школа №1170 при МИФИ (сейчас Лицей №1523), которая находится по адресу Кленовый бульвар, дом 21, стоит как раз на месте кладбища двух сел — Коломенское и Новинки. Выпускница лицея Ольга Завелева рассказала «Русской планете», что ни она, ни кто-либо из ее одноклассников не знал, что их школа построена на месте кладбища. Скорее всего, не в курсе этого исторического материала и лицейские учителя.


12. Еврейско-караимское кладбище
В 1788 году участок под кладбище получила московская община белорусских евреев. С тех пор до революции кладбище расширялось в сторону области. В период Первой мировой войны на кладбище хоронили не только евреев-горожан, но и евреев-беженцев из районов, занятых военными действиями, а также солдат иудейского вероисповедания, умерших в больницах города. Еврейско-караимское кладбище или, как его еще называли, Борейское, граничило с Дорогомиловским — их разделял только деревянный заборчик. Судьба у них тоже сложилась по-соседски. В начале 1930-х годов захоронения были прекращены, ограды и часть надгробий снесены и разобраны населением. В 1932 году еврейской общине выделили территорию вблизи поселка Востряково, куда родственники смогли перезахоронить останки своих родных. Эксгумация проводилась за счет родственников, а перевозка гробов осуществлялась централизованно за счет государства — на машинах и подводах. По воспоминаниям очевидцев, лишь каждая пятая могила была перенесена на новое место, а на Борейском, несмотря на запрет, продолжили хоронить до 1940-х годов — начала массовой жилой и промышленной застройки района. В 1948 году были демонтированы оставшиеся могилы и снесена церковь святой Елисаветы на Дорогомиловском кладбище. Перезахоронения с Дорогомиловского кладбища продолжались до начала 1950-х годов. Краевед Игорь Сергеев вспоминает, что мальчишки в то время бегали на стройку в надежде найти черепа с золотыми коронками и разбогатеть. На Дорогомиловском кладбище были погребены русские воины, умершие от ран после Бородинского сражения. На Еврейском кладбище находились, например, могилы художника-жанриста Аскназия, директора института фтизиатрии, профессора Вермеля, известного публициста и общественного деятеля Иоллоса, убитого в 1907 году черносотенцами, художника Левитана, крупных российских предпринимателей Поляковых. С середины 1950-х годов Дорогомилово было застроено и приобрело тот вид, который сохранился и по сей день. На месте кладбищ были построены дома для партийной элиты: в них жили Брежнев, Андропов, Суслов и другие. В одном из домов был открыт кинотеатр «Киев», сейчас это Театр-студия Петра Фоменко. Относительно недавно, когда строили мост «Багратион» и рыли котлован для фундамента на правом берегу, в ковше экскаватора то и дело попадались кости и обломки надгробий.


13. Лазаревское кладбище
Найти территорию самого древнего и одного из самых больших кладбищ Москвы, Лазаревского, легко. Большая его часть располагалась на месте нынешнего детского спортивного парка «Фестивальный», на его территории до сих пор можно найти остатки кладбищенских плит. Часть кладбища относится к огороженной территории церкви в самом центре парка. По его северной части проходит Сущевский вал, там же находится «Планета КВН» (в прошлом — кинотеатр «Гавана») и целый квартал жилых домов. На востоке по кладбищу проходит Олимпийский проспект, на нем же стоит несколько жилых домов. Историю создания кладбища мы уже излагали выше. Существовало Лазаревское кладбище до 1934 года. Оно было крупнейшее в Москве до 1917 года. Всего на нем было около 50 тысяч захоронений. В 1932 году кладбищенский храм был оцеплен и закрыт милицией, имущество конфисковали, здание передали заводу под общежитие для рабочих. Кладбище в 1934 году было закрыто для захоронений, а в 1936 году началось его уничтожение: бульдозерами срыли часть могил, последние сровняли в послевоенные годы. На другие кладбища перевезли только те могилы, чьи родственники захотели перенести останки. На расчищенном месте был разбит детский парк им. Дзержинского и танцплощадка. Демонтаж производили халатно, поэтому танцевать людям приходилось в окружении надгробий, которые были срыты только в 1953 году во время субботника.

По воспоминаниям священников кладбищенского храма, в парке даже валялись черепа, которыми рабочие иногда играли в футбол. До наших дней сохранилась только церковь. Местная жительница рассказала «Русской планете», что о кладбище не знают только приезжие: «Оно было очень старое, и на него с собаками гулять ходили даже до того, как появился парк. Здесь это никого не смущает». Она уверена, что все могилы были перенесены, но тут же сообщила, что в парке осталось два могильных камня, и рассказала, как их найти. На Лазаревском кладбище были похоронены: семья известного актера Силы Сандунова (запомнился своими банями); медик Семен Зыбелин, историк и москвовед Иван Кондратьев; авиатор Мухин, архитектор Николай Никитин, метеоролог Михаил Спасский, художник Васнецов, жена Белинского, мать Достоевского и другие. Здесь были усыпальницы бояр рода Колычевых, князей Голицыных, Оболенских, представители других знатных родов, родственники святителя Игнатия Брянчанинова; множество духовенства и монашествующих. В их числе епархиальный духовник Александр Стефановский, диакон Лефортовского кадетского корпуса Митрофан Протопопов, настоятель храма Святителя Николая на Маросейке, св. прав. Алексий Мечев и другие.

© «Русская планета», 21 августа 2014
Tags: архе_геология, города и сёла, законы и конституция, интервью и репортаж, история, кладбища, культура, москва, музеи и выставки, народ и элиты, наследие, нравы и мораль, общество и население, памятники и достопримечательности, память, правители, российская империя, россия, русь, современность, средневековье, ссср, традиции, турция и византия, факты и свидетели, фото и картинки
Subscribe
promo yarodom september 20, 2012 20:29 8
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments