mamlas (mamlas) wrote in yarodom,
mamlas
mamlas
yarodom

Category:

Шекспир — тайна его вечной современной истории / К 400-летию памяти

Ещё известные люди литературы

«Не важно, была ли возлюбленная у женатого Шекспира»
Главные тайны Великого Барда

23 апреля исполняется 400 лет со дня смерти Уильяма Шекспира. ©

По теме: Шекспир был итальянцем? | Ромео, Джульетта и Верона | Неизвестные факты об известных писателях


Марион Котийяр и Майкл Фассбендер в фильме «Макбет»

О том, почему Шекспир — не Пушкин, смерть от яда — распространенная кончина, за что Шекспира так любят актеры, режиссеры и публика и почему «шекспировский вопрос» (равно как и вопрос его верности жене и возможной бисексуальности) никогда не будет решен, обозреватель «Ленты.ру» Наталья Кочеткова поговорила с доцентом Высшей школы экономики Михаилом Свердловым.
Лента.ру: — Есть некоторое ощущение, что Шекспир — это такой британский Пушкин, в смысле их «наше все»?

Михаил Свердлов: — Все же нет. Есть только одно важнейшее сходство. В великих национальных культурах всегда есть какая-то культурообразующая личность — тот, кто является, назначен или считается создателем национальной культуры. Шекспир не создал английскую национальную культуру, он стоит в ее центре. Говорим «Англия» — подразумеваем «Шекспир». Пушкин тоже стоит в центре русской культуры. Русские говорят «Россия» — подразумевают «Пушкин». За границей это, возможно, будут Достоевский или Толстой — тот, кого в науке называют культурным героем. Тот, кто принес нации огонь, научил ее говорить по-английски или по-русски, сформировал основные ценности. Неважно, так это или не так, но это засело в сознании. Это сходства.

Отличия очень большие. Шекспир в плане репутации больше, чем Пушкин. Шекспир — самый знаменитый писатель в мире. На протяжении четырехсот лет были разные периоды, но все равно под знаменем Шекспира творились литературные революции, вокруг его имени велись баталии в течение столетий. Поэтому он и для англичан, и для мировой литературы больше, чем Пушкин. Не потому, что он лучше, а потому, что такова его судьба в литературе.

— Язык Шекспира все же довольно архаичный по сравнению с современным английским. Даже пушкинский язык по сравнению с современным русским выглядит свежее, если уж продолжать эту неточную аналогию Шекспир — Пушкин.

— От Пушкина нас отделяют 200 лет, а от Шекспира — все же 400. Это первое. Второе: язык Шекспира нельзя назвать архаичным — он чрезвычайно разнообразен. Местами он кажется архаичным и оттого непонятным; местами он непонятен не в силу архаичности, а в силу метафорической затемненности; а местами он ясен, как лепет ребенка. Язык Пушкина, конечно, кристально ясен, мы осваиваем его с самых ранних лет при правильном воспитании.

Кроме того, Пушкин — классик даже по собственной установке: он творил как классик и знал, что он классик. Шекспир творил совсем в другие времена, когда и понятия-то «классик» не было. И его амплитуда гораздо непредсказуемее. У него не было классического идеала, как у Пушкина. Пушкинской задачей во многом было создать канон русского литературного языка. Сознательной задачей — он знал, что он делает. Шекспир вообще об этом не думал, в этом плане у него было стихийное языковое творчество. Его языковая ситуация сложнее, чем у Пушкина.


Леонардо Ди Каприо и Клэр Дэйнс в фильме «Ромео + Джульетта»

— Если говорить о переводах поэтов на другие языки, мы видим удивительную картину: язык Пушкина (Мандельштама, Пастернака — неважно кого) при всей своей как будто прозрачности почти непереводим; поэтический текст Шекспира отлично переведен на русский (и не только) разными авторами с почти одинаковой степенью успешности и виртуозности. Даже британцы шутят, что Шекспир — очень русский поэт и драматург. Почему так?

— С переводами Шекспира ситуация сложная. О сонетах и драмах я бы говорил отдельно. С сонетами сложилась парадоксальная история. С одной стороны, сонеты Шекспира порой — не менее хрестоматийный текст для русского читателя, чем стихи Пушкина. Один мой знакомый, не называя автора, стал читать стихи Шекспира в переводе Маршака на осетинской свадьбе. Две сотни односельчан восприняли их более чем органично. Но так Маршак перевел Шекспира — сложного, темного: временами как детскую считалочку. Маршак читается легко, отлично запоминается, только это не Шекспир — это полное извращение Шекспира. Большинство же других переводов сонетов вообще трудно читать. Это одна ситуация.

Что касается пьес, то тут большие отступления от оригинала, но все же Шекспира переводили Пастернак и Лозинский среди прочих — такие гениальные переводчики, что если бы они больше ничего не написали, они бы уже были великими поэтами. Это поразительные в смысле языка переводы, порой очень сильно отдаляющиеся от оригинала, особенно у Пастернака, но всегда обладающие блестящими литературными достоинствами. Переводы Шекспира Пастернака и Лозинского — это два литературных подвига. Нам очень повезло: мы по-русски имеем поразительные тексты. Но их ведь не только двое — есть еще несколько выдающихся переводчиков: Кузмин, Щепкина-Куперник. История переводов Шекспира — это целая история русской литературы, но все это благодаря двадцатому веку — девятнадцатому веку так и не удалось это сделать.

— Сюжеты шекспировских пьес современному читателю иногда кажутся довольно условными и даже ходульными. Примерно в той же степени, что и античные сюжеты: «Медея» или «Макбет» — из сегодняшнего дня разница не особо чувствуется. Несмотря на это, Шекспира много ставят в театрах, в России в том числе. Как вы думаете, в чем очарование его текстов?

— Не просто ставят, но и в разные эпохи постоянно ставили. Ругали его, открещивались от него — но ставили. Это самое поразительное в Шекспире. Про ходульность сюжетов — он и берет их как ходульные, у него нет своих сюжетов в трагедиях — они взяты из хроник и из итальянских новелл. Они были известны до Шекспира, так же как и «Медея» — сюжет всем известного мифа.


Мария Каллас в фильме «Медея»

Очевидно, мы воспринимаем очень остро не только неизвестный нам сюжет, не только ожидаем, чем кончится та или иная драма, но и известные сюжеты, когда мы знаем, что в конце будет кровь и много трупов, знаем, кто умрет, а кто останется жив. Сюжет этот уже навяз в зубах, но мы, как и античный зритель, как и зритель елизаветинского театра, знающие сюжет заранее, с волнением смотрим. Этот механизм восприятия театрального сюжета не умер на самом деле. Почему? Потому что, как и Еврипид, который ставил «Медею» (она, кстати, до сих пор часто идет), Шекспир, который был учеником Еврипида через Сенеку прежде всего, очень театрален.

Закон театра не в том, что мы заранее не знаем концовки, — это важно в кино. В театре мы хотим испытать эмоции. Еврипид — самый эмоциональный из античных авторов. Как и Шекспир. Они оба — гении эмоций. Мастера контрастов — от дикого смеха до ужаса. Можно кричать, можно говорить шепотом — весь эмоциональный диапазон. Эта тайна эмоционального воздействия так велика, что Шекспир никогда не сходил со сцены. Его всегда любили зрители, даже когда не любили критики.

Его любят и современные зрители: он дает возможность режиссерам и актерам проораться, вращать глазами, как сумасшедшие, бегать по сцене, кривляться, танцевать, стоять на голове — это все есть у него. Площадной актер, актер-фигляр получает огромные возможности у Шекспира. А хороший актер — говорить шепотом и умалчивать. У него много тонких вещей.


Хелен Миррен в фильме «Буря»

— На фоне этой эмоциональности сюжетные детали отступают на второй план? Просто не раз слышала от разных зрителей/читателей, что отравлений и переодеваний как-то многовато. Повторяемость не девальвирует прием в восприятии современного человека?

— Не девальвирует. Переодевания — сюжет Плавта, и уже в те времена это был всем известный и популярнейший прием. То же и с отравлением: от античного театра и до Шекспира травили и травили. К тому же во времена Шекспира и раньше это был очень расхожий сюжет в жизни — вы понимаете. Как не поставить очередную трагедию с отравлением, когда в жизни все время травят? Вспомните историю семейства Медичи, например. Это по поводу тривиальности сюжетов.

А если по существу — это сюжеты все же не тривиальные, а исконные. Вы правильно сравнили Шекспира с античным театром — это мифы, которые никуда не денутся из нашего сознания. Миф о преданном, брошенном отце. Миф о мстителе. Миф о юных влюбленных, против которых весь свет и обстоятельства. Миф об уродливом злодее, который мстит природе за свое уродство. Они никуда не уходят. Я бы тут использовал формулу нашего выдающегося шекспироведа Пинского: это «магистральные сюжеты» — не только мировой культуры, но и человеческого сознания. Как же они могут надоесть? Нет! Это первое.

Второе. Сюжет не равен ключевым моментам завязки, кульминации, развязки. Сюжет Шекспира очень сложен в нюансах. Для интеллектуалов, для выдающихся актеров, для квалифицированных читателей у Шекспира очень много нюансов. Вспомните: в «Макбете» юмористический диалог привратника предшествует сцене страшного убийства. Вообще юмористическая сцена перед кровавой — это ведь тоже сюжет, перебивка. Немыслимый контраст. То ли это вставка, то ли глубокий замысел? Нас мистифицируют? Ставят в тупик? Для внимательного читателя и зрителя сюжеты Шекспира очень сложны, обыкновенного читателя и зрителя у Шекспира задевают архетипы, или, иначе, мифы нашего сознания.

А Гамлет? Загадка его колебаний, промедлений, философских диалогов перед самыми острыми сюжетными поворотами — там поразительная, волнующая сюжетная канва. Странная, необычная. И до сих пор остаются вопросы. Да, есть законы трагедии — там должно быть много трупов, много горя, коварства и любви. Но сюжеты Шекспира не сводятся к этому. Это бездна, целая Вселенная.


Хелена Бонэм Картер и Мел Гибсон в фильме «Гамлет»

— Не могу не коснуться загадок, которые окружают фигуру самого Шекспира. То ли была у него некая замужняя возлюбленная, «смуглая леди», к которой обращены 26 сонетов, то ли нет. То ли автобиографичны сонеты, посвященные юноше, а значит, можно сделать предположение о бисексуальности Шекспира, то ли нет. Ну и, наконец, тот самый «шекспировский вопрос»: а Шекспир ли автор корпуса текстов, который ему традиционно приписывается, или это был кто-то другой, или этих авторов было несколько? Не слишком ли много тайн для одного имени?

— Тайн в самый раз. Часто такие грандиозные явления, как Шекспир, сопровождаются тайнами. И чем их больше — тем лучше. «Шекспировский вопрос» никогда не будет решен. И это прекрасно. Тайна возвеличивает. А Шекспир-то был, актер и совладелец «Глобуса» или нет — неважно. Очевидно только одно: это писалось одним человеком. Для меня это самое главное. Имя величайшего живописца Джорджоне тоже окружено тайнами — он рисовал или нет? Ну и прекрасно! Главное, что это совершенные картины.

Что касается dark lady (в русском переводе традиционно «смуглая леди» — прим. «Ленты.ру») и этого юноши — здесь важно не то, была ли возлюбленная у женатого Шекспира и состоял ли он в отношениях с возможно знатным юношей, а то, что никто не посвящал сонетов dark lady — все героини сонетных циклов до Шекспира были блондинки. Весь ее характер абсолютно оригинален, этого не было до Шекспира. Он ломает традицию. И никто не посвящал сонетных циклов юноше, сонеты писали только к недоступным и высоко стоящим доннам, уподобленным богиням. Их превозносили как богинь и с ними ссорились как с богинями, а он пишет о земной «смуглой леди», ломая сонетный канон и целый роман в стихах разворачивает в отношениях с юношей — очень загадочный, странный и необычный. Ничего подобного в сонете не было — вот это важно.


Аль Пачино в фильме «Венецианский купец»

Но то, что мы задаемся вопросами, что за этим стояло, — прекрасно! Пусть появляются всякие фантазии, разрешения загадок, книги по этому поводу, версии. Мы говорили о расхожих мифах, так вот «шекспировский миф» — один из них на самом деле. По его поводу уже появилось множество произведений и еще появятся. Это такой же предмет драмы, как те сюжеты, которые брал Шекспир.

— «Шекспировский миф» как «магистральный сюжет».

— Совершенно верно.
© «Лента.ру», 21 апреля 2016
Tags: биографии и личности, великобритания, даты и праздники, известные люди, интервью и репортаж, искусство, кино и театр, культура, легенды, литература, мифы и мистификации, мнения и аналитика, наследие, память, пушкин, семья, символы, смерти и жертвы, современность, средневековье, турция и византия, факты и свидетели, эпохи, юбилеи
Subscribe
promo yarodom сентябрь 20, 2012 20:29 8
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments