?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Next Entry
Трудами зодчих XVII века Москва и Русь преобразились...
Я витрина
mamlas wrote in yarodom
Ещё об архитектуре Руси

Взлет русского зодчества
Архитекторы и мастера допетровской Руси / Созидатели / Статья 2007 года

До сего дня в Москве и некоторых других старинных российских городах и монастырях сохранились диковинные постройки XVII столетия, в котором русское искусство еще не слишком было подвержено иноземному влиянию. В тот далекий допетровский век особенно заметным стал взлет русского зодчества. ©

Ещё в «Созидателях»


Новодельный Измайловский кремль, построенный в стиле «допетровской» Москвы

При царе Михаиле Федоровиче и его сыне Алексее творили замечательные «каменных и деревянных дел мастера» – Бажен Огурцов, Трефил Шарутин, Семен Петров, Аверкий Мокеев, Иван Белозер, Павел Потехин, Оси Старцев, Яков Бухвостов и многие другие. Их трудами достигло своей вершины деревянное и каменное зодчество допетровской Руси.
Теремной дворец в Кремле

Поначалу, после разрушительного Смутного времени, речь шла лишь о воссоздании разрушенных и обветшавших построек Кремля. Часть из них была отремонтирована уже в 1613 году, ко дню венчания на царство Михаила Федоровича Романова. Затем начались новые большие работы - в 1625 году для установки часов над Фроловской (ныне Спасской башней Кремля) надстроили трехъярусный верх под "смотрением" каменных дел подмастерья Бажена Огурцова и его товарищей Степана Осиповича Караулова и Григория Загряжского. В проектировании и строительстве шатра и часов принимал участие "англицкой земли часового и водяного взвода мастер" Христофор Галовей.


Теремной дворец в Кремле

Вскоре в Кремле началось новое, еще более масштабное строительство. Частые пожары первой половины XVII столетия продолжали губить деревянные строения Москвы, не щадя и великолепия кремлевских теремов. Тогда-то и решено было построить новый каменный царский дворец. Он стал несомненным шедевром - дошедший до наших дней, хотя и в сильно переделанном виде, Теремной дворец в Кремле. Его построили в 1635-1636 годах Бажен Огурцов, Антип Константинов, Трефил Шарутин и Ларион Ушаков. Дворец представлял собой трехэтажное здание. Основанием дворцу послужили подклеты с открытыми галереями, возведенные в 1499-1508 годах архитектором Алевизом Фрязиным, и стоящие на этих подклетах Мастерские палаты XVI века, времени Ивана Грозного.

На выровненных сводах средней части Мастерских палат и возвели три этажа Теремного дворца.

Венчал его высокий "теремок", знаменитый "верх" с расположенной вокруг него открытой террасой – "гульбищем". Золоченая двускатная крыша и два пояса лазурных изразцовых карнизов, каменная резьба, богато украшенное парадное Золотое крыльцо придали дворцу типичный для того времени нарядный, сказочный вид. Дворец отличает обилие резного каменного узорочья, цветочного орнамента, изображений птиц и животных на белокаменных наличниках окон и порталов. Потолки дворца относительно низкие. Очень толстые стены также плотно расписаны узорами с элементами цветочных и растительных рисунков. В палатах — изразцовые печи, которые тоже являются украшением помещений. Планировка комнат отчетливо напоминает интерьер русской избы, в основе которой лежит клеть (бревенчатый сруб, обычно с тремя окнами по фасаду). Здесь в "Теремке златоверхнем", расположенном над личными покоями царя, находился зал, где играли царевичи и заседала Боярская дума. Сохранилась уникальная Золотая царицына палата, комнаты для царя с опочивальней, сенями, престольной и передней. Системой крытых переходов, галерей и иных пристроек дворец был соединен с другими зданиями – соборами, покоями патриарха, служебными помещениями.

Одновременно с постройкой Теремного дворца в 1635 году над Малой Золотой палатой, на уровне Переднего Каменного двора, те же мастера возвели храм Спаса Нерукотворного (позже Верхоспасский собор), с приделом Иоанна Белгородского (теперь Иоанна Предтечи). Вскоре после этого Антип Константинов строит в Вяземском Иоанно-Предтеченском монастыре уникальный храм Одигитрии Смоленской, имевший три каменных шатра-завершения, расположенные в один ряд.

"Восьмое чудо света"

Образцовой постройкой XVII века, выполненной из традиционных деревянных конструкций, стал дворец царя Алексея Михайловича в подмосковном селе Коломенском. Построен он был в 1667-1678 годах артелью под началом старосты Семена Петрова и промышляющего плотничеством стрельца Ивана Михайлова в виде нескольких теремов, соединенных между собой причудливыми переходами. К сожалению, сам дворец не сохранился – простояв около 100 лет, он сильно обветшал и был разобран в 1768 году, но сохранились его изображения на гравюрах и восторженные описания современников.


Дворец царя Алексея Михайловича в подмосковном селе Коломенском

Дворец насчитывал 270 комнат с 3000 окон и оконцев. Со стороны он походил на целый городок с башенками, чешуйчатыми крышами, "гульбищами", кокошниками, крылечками с витыми колонками. Разные части дворца были построены в индивидуальной манере, они не походили друг на друга. Разнообразны были объемы, формы покрытий, декоративные приемы. Все это придавало замечательную живописность зданию. Над этой беспримерной архитектурной декорацией с ее ажурной резьбой работали под руководством старца Арсения мастера-резчики Клим Михайлов, Давид Павлов, Андрей Иванов и Герасим Акулов. Коломенский дворец называли "восьмым чудом света". Симеон Полоцкий воспел красоту этого дворца, сравнивая его с храмом Соломона. Яков Рейтенфельс в своей книге "Сказания светлейшему герцогу Тосканскому Козьме Третьему о Московии", вышедшей в Падуе в 1680 году, назвал дворец Алексея Михайловича "игрушечкой, только что вынутой из шкатулки". В 1681 году он был частично перестроен Саввой Дементьевым.

Помимо кремлевского, до нас дошел еще один известный московский теремок, построенный в 1693–1694 годах Осипом Дмитриевичем Старцевым и Ларионом Ковалевым. Теремок находится в Крутицком подворье и является настоящей жемчужиной архитектуры. Крутицкое подворье известно с конца ХIII века; располагалось оно на высоком берегу Москвы-реки, на Крутицах. Здания, дошедшие до нашего времени, появились в начале ХVII века.

Наиболее хорошо сохранились главные Святые ворота со знаменитым надвратным Теремком. Его лицевая сторона была целиком покрыта изразцами. Ворота, украшенные Теремком, вели в сад митрополита, который называли райским.

О главном строителе Крутицкого Теремка следует сказать особо.

Осип Старцев разработал особые приемы каменного декора. "Петушиные гребни", поставленные им на ограде двора боярина И.М. Языкова на Большой Никитской, впоследствии широко использовались многими русскими зодчими.

Еще одним новшеством, также вошедшим в строительную практику той эпохи стало спроектированное Старцевым круговое открытое гульбище в церкви Воскресения на Пресне. В 1684 году Старцев переделал изначально готические окна Грановитой палаты, украсив их белокаменными наличниками с нарядными колонками, увитыми виноградной лозой, прием, повторенный им в работе над Крутицком теремке.

За одним большим делом следует другое - в 1685 году Осип Старцев закончил строительство Трапезной палаты в Симонове монастыре, начатое еще в 1677 году подмастерьем Парфеном Потаповым.

Известны и другие работы Старцева: в 1676 году он руководил покрытием черепицей Казенного двора. С 1681 года занимался перестройкой теремных церквей и строительством Верхоспасского собора, разборкой поварен Кормового, Хлебного, Сытного дворов, перестройкой Приказа Большого дворца. В 1690-е годы перестраивал палаты Посольского и Малороссийского приказов.

Другой известный зодчий Аверкий Мокеев строит Патриаршие палаты в Московском Кремле (1643-1655 гг.), ряд зданий Валдайского монастыря (1650-е гг.) и, наконец, Воскресенский собор Ново-Иерусалимского монастыря (1656-1685 гг.) на реке Истре под Москвой – крупнейшее сооружение в церковном зодчестве той эпохи. Воплотить в жизнь грандиозный замысел патриарха Никона ему помог другой московский мастер Иван Белозер. Перед зодчими была поставлена трудная задача создать на русской земле обитель, главный собор которой воспроизводил бы в плане Храма Воскресения Господня в Иерусалиме. В ходе работы Мокеев и Белозер использовали точную модель и чертежи главной христианской святыни и с успехом выполнили почетный и сложный патриарший заказ.

Очень интересны храмы, воздвигнутые Павлом Сидоровичем Потехиным: церковь Троицы в селе Останкино под Москвой (1678-1693 гг.), церковь Св. Николы в Хамовниках (1679 г.), церковь Св. Козьмы и Дамиана в Садовниках (1657-1662 гг.). В Макарьеве-Желтоводском монастыре Потехин строит Святые ворота и надвратную церковь Михаила Архангела. В его знаменитой артели работали 93 мастера, среди которых были не только каменщики, но и резчики по камню и дереву, и плотники, и кузнецы, и даже иконописцы и золотильщики. Все они были профессионалами высочайшего класса, но каждый из них мог в необходимом случае подменить друг друга.

Московское барокко

В конце XVII века в русском зодчестве происходят заметные изменения, в результате которых в архитектуре утверждается новое направление, известное как "московское (или "нарышкинское") барокко". Классическим образцом постройки этого стиля считается церковь Покрова в Филях (1693-1694), созданная по распоряжению дяди царя Петра I Льва Кирилловича Нарышкина предположительно Яковом Григорьевичем Бухвостовым. Не уступает ей по красоте и церковь Спаса Нерукотворного (1693-1697 гг.) в подмосковных Уборах, строителем которой уже бесспорно был тот же Яков Бухвостов. Храм построен им "иже под колоколы", то есть, верхний ярус высокого храма служил одновременно и звонницей.


Церковь Покрова в Филях

Яков Бухвостов, выдающийся зодчий, происходил из крепостных крестьян и был уроженцем села Никольское-Сверчково Дмитровского уезда, ныне расположенного на территории Клинского района Московской области. Первой его большой работой стало возведение каменных стен и башен Новоиерусалимского Воскресенского монастыря (1690-1694 гг.), заменивших первоначальные деревянные укрепления этой обители. Протяженность стен достигает 930 метров, их высота в настоящее время составляет от 9 до 11 метров. С внутренней стороны стен была устроена полуциркульная открытая аркада, над которой проходил по всему периметру стен крытый боевой ход, огражденный парапетом. Над главным входом в монастырь была построена надвратная Входоиерусалимская церковь. В ее основании устроены центральный, перекрытый аркой проезд и два боковых прохода. По своему внешнему виду она напоминала знаменитый храм в Филях в Москве. Интересной и редкой особенностью надвратной церкви был цветной изразцовый пол. Крупные квадратные плиты пола образовывали необычный геометрический цветной узор, придававший интерьеру храма нарядность и красочность.

Церковь отличалась высотой и стройностью. Однако за время своего существования она перестраивалась, и ее первоначальное декоративное убранство, характерное для русского барокко конца XVII века, не сохранилось.

Бухвостовым был построен и Успенский собор в Рязани (1693-1699 гг.). Проектируя его, зодчий сохранил схему, восходящую к Аристотелю Фиораванти, однако поставил здание храма на подклет-галерею и украсил его тремя ярусами нарядных окон. Таким образом, Бухвостов первым в соборной архитектуре применил разбивку фасадов на ярусы при помощи рядов окон. Благодаря этому Успенский собор получился очень светлым. Во время пребывания в Рязани Бухвостов возвел для местного митрополита каменные амбары и прочие хозяйственные строения, а также несколько не сохранившихся до наших дней приходских церквей. Последним из известных сооружений Бухвостова стала церковь Ризоположения на Донской улице в Москве (1701-1708 гг.). Здесь зодчий не пользуется типичной барочной ярусной формой "восьмерик на четверике", он возводит церковь в форме простого четверика, прообразом которого были деревянные "клетские" храмы Древней Руси. Существует предположение, что храм Троицы в Троицком-Лыкове и Покровская церковь в Филях также построены Яковом Бухвостовым.

Давно уже отмечено, что храмы Бухвостова не перестраивались – настолько совершенной была их форма.

Трудами зодчих XVII века Москва преобразилась. Сошлемся на мнение Павла Алеппского, секретаря антиохийского патриарха Макария, посетившего в то время русскую столицу. О зданиях Москвы Павел Алеппский написал: "… мы дивились на их красоту, украшение, прочность, архитектуру, изящество, множество икон и колонн с резьбой, кои по сторонам окон, на высоту этажей, как будто они крепости, на их огромные башни, на обильную раскраску разноцветными красками снаружи и внутри…".

Кое-что из этой красоты дошло и до наших дней. Сохранится ли она, не потеряется ли за странного вида новыми высотками, скребущими небо?..

Владимир Волков
специально для «Столетия», 19 июня 2007


promo yarodom september 20, 2012 20:29 5
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…