mamlas (mamlas) wrote in yarodom,
mamlas
mamlas
yarodom

Categories:

Баренцбург — жив!

Ещё из истории Арктики и Севера, в т.ч. Реликт советской эпохи | Семена на Судный день | Полярный медведь и Я | Забытый язык - руссенорск

«Умереть или родиться здесь практически невозможно»
Антрополог Андриан Влахов — о моде на Арктику и о том, как живет российский поселок Баренцбург на Шпицбергене / Исследования молодых учёных-выпускников С.-Петербургского Европейского университета

«Медуза» и Европейский университет в Санкт-Петербурге начинают совместный проект: серию материалов об исследованиях выпускников университета. Герой первого монолога — антрополог. ©

Ещё в ЕУСПб: Витте | Русский медведь


Фото: Александр Ковалев

Андриан Влахов изучает Арктику с точки зрения социальных наук. В 2013 году Влахов окончил магистратуру факультета антропологии ЕУСПб, а сейчас заканчивает работу над кандидатской диссертацией о социальном пространстве арктических моногородов.
В качестве примера того, как устроена жизнь на Севере, он изучает повседневные практики арктического поселка на Шпицбергене, центральной частью которого является угольная шахта. «Медуза» поговорила с Влаховым о возрождении интереса к Арктике и о жизни русского поселка Баренцбург.


2.
Андриан Влахов

Об Арктике

Интерес к Северу в нашей стране существовал всегда. В 1930-х шло активное освоение Арктики, туда ехали путешественники, организовывались экспедиции, у всех на слуху были истории челюскинцев, папанинцев, ледокола «Красин». У советских людей с раннего детства формировался героический образ отважного покорителя Арктики, это стало очень сильным культурным стереотипом, поддержанным к тому же представлением о северных зарплатах, ради которых многие и переезжали работать в северные регионы.

В девяностые годы, понятное дело, государству было не до Севера. Очень много людей уехало из Арктики, так как исчезли сказочные северные надбавки, пришла в упадок инфраструктура и пропало символическое значение жизни на Севере. Однако в последнее десятилетие Арктика вновь стала интересна государству, а вслед за этим — и людям. Сейчас это важная часть общественной повестки дня.


3.
До восьмидесятых годов в Баренцбург можно было попасть только по морю, здесь до сих пор функционирует порт. Но сейчас практически все прибывают на Шпицберген самолетом / Фото: Михаил Воскресенский

Сейчас Россия активно восстанавливает арктическую инфраструктуру на довольно большой территории; многие воспринимают эти процессы как признак воинственного настроя. На мой взгляд, у государства просто дошли руки до Арктики и планомерного ее развития, и те же процессы сейчас происходят не только в России.

Сейчас по всему миру появляется интерес к новой Арктике — мирной, доступной всем, кто умеет договариваться и совместно развивать регион. У Запада во времена холодной войны существовало довольно сильное военное и инфраструктурное присутствие в арктической зоне, быстро потерявшее свое значение после 1991 года. Однако в какой-то момент люди поняли, что Арктика, во-первых, слишком важна, во-вторых, слишком хрупка, чтобы в ней можно было что-то решать силой.

Экосистема Арктики очень хрупкая и постоянно страдает от деятельности человека. Последствия экологических катастроф в Арктике ощущаются десятилетиями: всем известны примеры промышленного загрязнения в Норильске, разлива нефти у берегов Аляски, ядерных испытаний на Новой Земле. Сомневающимся предлагаю подумать, как бы они стали устранять нефтяной разлив в Северном Ледовитом океане полярной ночью.


4.
Баренцбург полностью автономен: ТЭЦ и котельная работают на добываемом тут же угле, а питьевую воду берут из горного озера на другой стороне фьорда / Фото: Anna Filipova

О том, чем занимается Андриан Влахов

Говоря об Арктике, мало кто понимает, что это не только льды, океаны, моря и белые медведи, но еще и несколько миллионов человек, причем не только коренных народов, но и «городского» населения. Эти люди — особенно последняя категория, «некоренные» — редко становятся предметом научного интереса, мне же интересны именно они. Сейчас я исследую северные поселения, жизнь которых сконцентрирована вокруг различных добывающих предприятий, — так называемые моногорода.

Я и сам отношусь к тем странным людям, которых всегда тянет на север. Возможно, причина в том, что и я тоже вырос на книжках про полярников и первооткрывателей, возможно — в том, что мне физически некомфортно жить в теплом климате и северные пейзажи мне более по душе. Помимо прочего, на Севере мне комфортнее и в плане общения с людьми — северные жители гораздо более открыты и дружелюбны.

Мне интересно наблюдать за тем, как зарождается новая мода на Арктику, и за тем, что движет уезжающими на Север людьми. Как они определяют свою идентичность, и как отражается Арктика в их культурных стереотипах? Какой для них Север — красивый? Бескрайний? Суровый? Это — тяжелая работа? Суровый климат? Сражение с самим собой и природой? Возможность за пять лет заработать на всю оставшуюся жизнь? Сотни разных людей и сотни разных историй.


5.
Вместо коммунизма в бывшем угольном моногороде теперь строят современный северный городок. Стелу с надписью «Наша цель — коммунизм» несколько лет назад нашли на складе и установили ради туристов / Фото: Андриан Влахов

Сейчас одна из главных моих исследовательских тем — это российские поселения на Шпицбергене. Архипелаг Шпицберген, известный также как Свальбард или Грумант, принадлежит Норвегии, но по условиям Шпицбергенского трактата 1920 года любое государство — участник договора имеет право вести на архипелаге хозяйственную деятельность (это, кстати, первый международный договор, посвященный Арктике).

О Баренцбурге

В XX веке СССР владел на Шпицбергене несколькими угольными рудниками, имевшими, помимо энергетического, важное стратегическое значение — с их помощью поддерживалось присутствие страны в западной Арктике. К девяностым годам два из трех городков были закрыты, а население третьего — Баренцбурга — сильно сократилось, однако жизнь в нем, несмотря ни на что, не останавливается. Сейчас Баренцбург переживает период больших изменений.

Поселку и предприятию приходится приспосабливаться к новой экономической реальности: угледобыча становится малорентабельной и к тому же плохо влияет на экологическую обстановку. 20 лет назад в аналогичной ситуации норвежцы сделали ставку на сокращение угледобычи и развитие туризма и исследовательской деятельности. В результате норвежский поселок Лонгйирбюэн стал столицей арктического туризма с аэропортом и развитой инфраструктурой, а Ню-Олесунн — международным научным центром. Сходные шаги сейчас делает и Россия: с 2014 года в Баренцбурге функционирует полноценный туристический офис, создан Российский научный центр на архипелаге Шпицберген. Баренцбург имеет все шансы на новую — постиндустриальную — жизнь.


6.
Как только заканчивается полярная ночь, в Баренцбург на снегоходах начинают прибывать десятки туристов, причем как иностранных, так и российских — такова недавно запущенная программа треста «Арктикуголь»

Сейчас Баренцбург представляет собой нечто среднее между моногородом и вахтовым поселком. Большая часть его жителей приезжает туда на два—три года, чтобы заработать денег для жизни на «большой земле», однако многие из них привозят в поселок свои семьи, а некоторые остаются жить здесь на десятилетия. Баренцбург — это довольно закрытое сообщество, где практически все жители знают друг друга, а всё, что происходит на предприятии, непосредственно влияет на жизнь людей.

Баренцбург стоит на склоне горы, а шахта располагается прямо под поселком. Входят в нее через здание рудоуправления на главной (и единственной) улице. В Баренцбурге есть необходимая для жизни инфраструктура: магазины, больница, столовая, школа с детским садом, культурно-спортивный комплекс, а также угольная ТЭЦ и котельная. Сейчас в поселке живет около 500 человек, из которых под землей трудится около 150.

В основном в Баренцбург приезжают жители восточной Украины, работавшие на шахтах Донбасса: технологически шахты очень схожи, и эта традиция была заложена еще в советские времена. Экономический кризис внес свои коррективы в уровень дохода, однако поток желающих работать в Баренцбурге не ослабевает: по донбасским меркам зарплата по-прежнему гораздо выше средней. Меньшую, но важную часть населения Баренцбурга составляют ученые и сотрудники туристического офиса.


7.
Баренцбург расположен на склоне горы, лицом к Грёнфьорду — передвигаться по посёлку большую часть года приходится сквозь снег и ветер / Фото: Михаил Воскресенский

Повседневную жизнь города обеспечивают в основном жены шахтеров. Как правило, женщины приезжают в Баренцбург вместе с мужьями и работают в той сфере, в которой имеются вакансии — можно работать в общепите, туристической сфере, на уборке или в административном офисе. Сами по себе, без мужа, в Баренцбург обычно приезжают только женщины-педагоги. Некоторые баренцбуржцы привозят с собой на архипелаг детей — в школу и детский сад в сумме ходят около 70 человек.

В Баренцбурге совершенно нет преступности. За порядком следит внутренняя служба безопасности, а если случается что-то серьезное, вызывают норвежских полицейских: на архипелаге действуют законы Норвегии, правоприменением занимается офис губернатора, а в более серьезных случаях в дело может вступить и норвежский суд. Нет и дедовщины, хотя после года работы многие традиционно проходят ритуал посвящения — они должны «утопить собаку». Из арматуры делают железную фигурку собаки, которую нужно протащить через весь поселок до порта и там утопить. Чем лучше ты себя зарекомендовал, тем меньше твоя «собака» и тем легче тебе ее тащить. Рассказывают, что одно время туристическим катерам было трудно швартоваться в порту — так много там скопилось «собак».

В Баренцбурге фактически не пользуются деньгами. Поскольку архипелаг — территория Норвегии, то рублем там пользоваться запрещено, а норвежскими кронами — слишком накладно. В советское время использовали специальные жетоны — суррогатные деньги с надписями вроде «Пять рублей Шпицбергена». Лет 15 назад их заменили специальными электронными карточками — потраченное по ним затем вычитается из зарплаты сотрудников. Но в сувенирном магазине или кафе, конечно, можно расплатиться обычной пластиковой картой или норвежскими кронами.


8.
Бюст Ленина — второй по близости к Северному полюсу в мире. Самый северный находится в нежилом российском посёлке Пирамида в ста километрах от Баренцбурга / Фото: Frode Ramone / Flickr

За пределы поселка запрещено выходить без ружья. Причина тому — белые медведи: по подсчетам ученых, на архипелаге их больше, чем людей. Летом медведи держатся в основном на севере Шпицбергена, а в зимний период часто заходят в обжитые места в центральной части архипелага. Норвежский губернатор постоянно контролирует ситуацию, но и это не всегда помогает: периодически встречи туристов с хищниками заканчиваются печально.

Родиться на Шпицбергене, как и умереть, почти невозможно. И в Баренцбурге, и в норвежских поселках есть оборудованные больницы, но при любом серьезном заболевании или травме человека предпочитают эвакуировать на континент. То же самое касается и женщин на поздних стадиях беременности. Хоронить людей на Шпицбергене тоже давно перестали: в местном климате тела практически не разлагаются и выталкиваются наружу вечной мерзлотой, где их могут съесть медведи. Впрочем, могилы первых жителей архипелага — европейцев-промышленников и русских поморов — являются памятниками истории, как и все труды человеческих рук старше 1945 года.

© «Медуза», 2 марта 2016
Tags: 20-й век, арктика и антарктика, возрождение, геополитика и территории, города и сёла, европа, жизнь и люди, заграница, идеология и власть, интервью и репортаж, исследования и опросы, история, климат, менталитет, миграция и беженцы, мнения и аналитика, наследие, норвегия, нравы и мораль, общество и население, олигархат и корпорации, поколения, природа и экология, проекты, промышленность, путешествия и туризм, регионы, россия, русские и славяне, север, серии, скандинавия, современность, ссср, страны и столицы, традиции, труд, ученые, факты и свидетели, фото и картинки, шахты, эпохи
Subscribe

promo yarodom september 20, 2012 20:29 14
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments