mamlas (mamlas) wrote in yarodom,
mamlas
mamlas
yarodom

Category:

Сильные духом # Бизнесмен и тренер Олег Колпащиков

Ещё об инвалидах и спорте здесь и здесь

«Разве я яд, чтобы быть ко мне толерантным?»
Интервью с незрячим руководителем уральского движения Белая трость Олегом Колпащиковым — о том, почему инвалидам все равно придется жить хорошо / Цикл «Сильные духом»

Спецпроект «Русской планеты» посвящен историям о том, как сила духа помогает людям с ограниченными физическими возможностями добиваться целей, удивительных и для здорового человека. Наши герои — люди действительно интересных судеб. Это наши современники, которые, несмотря на объективные трудности, живут полной жизнью и вдохновляют других. О каждом из них можно было бы написать еще одну «Повесть о настоящем человеке». ©

Ещё «Сильные духом»: Модель Аброскина | Общественница Дымчикова | Волонтёр Петрова | Мама Бондаренко | Общественник Транцев | Видеоблогер Бархатова | Парадайвер Пуцик | Модель Виноградова | «Хрустальная» Дженнет и её мама Света | Замёрзший алкоголик Костюченко | Семья «душевнобольных» Дворецких | Вице-президент Зрячева | Дзюдоист Крецул | Памяти Баркаускене | Общественник Кузнецов | Штангистка Шамсеева | Мотиватор Поярков | Олимпионик Коновалова | Горнолыжник Александров | Дельталётчик Цыганков | Горнолыжник Александров | Протезист Егоров | Певица Веденина-Меерсон | Танцор Смирнов | Депутат Терентьев | Актёр Луспекаев, а также Параполитические игры | Сезон охоты на инвалидов | Разрушая барьеры инклюзии


Олег Колпащиков (слева) на декаде лыжного спорта Уральского государственного лесотехнического университета / Фото из личного архива

Олег Колпащиков из Свердловской области ослеп в 19 лет. В 1993 году в спортзал, где он занимался, неизвестные закинули взрывчатку через окно. После выхода из больницы он занимался бизнесом, сейчас — бизнес-консультант, сертифицированный НЛП-тренер, руководитель уральского социального движения «Белая трость».
— Поначалу стараешься думать: «Я как зрячие, я все могу». Я лежал в больнице три недели, а потом вышел на работу. Тогда я торговал всякой всячиной, как все в 90-е. После этого был директором небольшой фабрики, потом представителем собственника на заводе — проверял качество работы. И 15 лет ходил по улицам с провожатыми, ездил на машинах с водителями, но не брал в руки белую трость.

— А что произошло потом?

— Наступил личный кризис. К тому же все друзья разъехались, я остался один. Начал зависать с алкоголем и наркотиками. Меня уволили с работы. Вы знаете, многие через это прошли, и они потом уникально стойкими людьми становятся. Я стал увлекаться психологией и саморазвитием — надо же как-то выбираться из этого состояния.

На выходе из кризиса я познакомился со своей будущей женой. Она стояла на остановке, мы ехали мимо с другом, остановили машину, я попросил у нее номер телефона.

— То есть ваша жена приняла таким, как есть, незрячего, который увлекался алкоголем и наркотиками?

— Вы такие слова говорите — приняла... Любовь же настоящая не обращает на это внимания. Тебе просто хорошо с человеком, и все, ты же не думаешь, какая у него там история.

Управляться с тростью меня научил другой слепой Михаил Войцеховский, который ходит с ней легко и весело. Надо держаться сильных людей. Сейчас мы помогаем наркозависимым — приводим к ним сильных незрячих и говорим: «Слушайте, самое обидное, что все равно придется жить хорошо».

— Я слушала одно ваше выступление перед людьми с инвалидностью, вы эту фразу повторяли несколько раз. Что она означает?

— Мы переживаем, мучаемся, злимся. В момент страданий всегда кажется, что они бесконечны. Но надо понимать, что наступит день, когда они пройдут и ты снова всех полюбишь. А обидно же, что ты страдал, боролся, а теперь все хорошо? Потом страдания начинаются снова, и каждый раз непонятно, что дальше делать. Эта фраза помогает и другим, и мне самому иногда. Это такой мостик для переходного периода от страданий к лучшему.

— Вы в своих выступлениях говорите, что основная мотивация — быть полезным для людей. И что вся ваша социальная жизнь — ради этого. Я понимаю такую мотивацию: «Я инвалид и хочу, чтобы мне было удобно жить, поэтому мне нужны пандусы». А эту мне понять сложно.

— А вы и не поймете никогда, если — тьфу-тьфу-тьфу — не станете инвалидом. Или если мы с вами не прогуляемся с завязанными глазами. Одну журналистку я прогулял с повязкой. Мы вышли на улицу, пошли через дорогу по магазинам, в конце она повязку снимает — и у нее слезы от счастья. Она же думала, что слепой мир — это кошмар. А тут ее приветливо обслужили, ей уступили дорогу, и она расчувствовалась.

— Хотите сказать, когда человек становится слепым, мир поворачивается к нему лицом?

— Конечно. Во-первых, человек прикасается к своему скрытому миру способностей, который спит у всех внутри, но зрячие его не используют. Там куча во-о-от таких вот сил, что называется, extrability.

— Что это такое?

— Компенсаторные способности. Самые простые — обоняние и слух, остальные обостряются на тонком психологическом уровне, и не все из них еще изучены. Ты завязываешь глаза, и у тебя начинается паника. Потом она проходит, становится интересно, и открываются эти внутренние силы. А их дает взаимодействие с людьми. Поэтому моя жизнь устроена так, что она не дает мне покоя, я стараюсь делать что-то для людей. Если будет покой, сразу же произойдет моральное падение.

— То есть жизнь обывателя по схеме «работа — дом — отпуск раз в год» — это жизнь на грани морального падения? Он же не помогает другим.

— Он может помогать неосознанно, но настоящая работа, за которую платят деньги, — это когда ты забываешь о своих проблемах и начинаешь решать чужие.

— Почему? Ты можешь просто пылесосы продавать.

— А чтобы их продать, ты думаешь, как угодить, какие продать лучше. Это тоже забота о проблемах других — покупателей.

— Никогда не думала так о любой работе.

— По-моему, я вас задел этим рассуждением. Это хорошо. Это настоящее человеческое общение, когда люди поговорили и задумались.

Вот сейчас мы готовимся к кругосветному путешествию на яхте, где собирается инклюзивная команда: инвалиды и неинвалиды. Это придумал Сергей Бурлаков — человек без рук и ног из Таганрога, который в 2004 году первым из инвалидов пробежал Нью-Йоркский марафон. Он искал компанию. Познакомился со мной и говорит: «О, классно. Я без рук и ног, ты не видишь — поехали на яхте вокруг Земли».


С участниками «Паруса духа» / Фото из архива Олега Колпащикова

Сейчас мы с вами поговорили про работу, вы начали думать. Но вы пойдете сейчас по своим делам, я — по своим. А на яхте от инвалидов никуда не сбежишь. Мы уже так прошли несколько этапов тренировок. Люди говорят друг с другом, думают, потом снова разговаривают, снова притираются — и так месяц, представляете?

— То есть яхта — это такая тренинг-площадка взаимодействия с инвалидами?

— Конечно. Здоровые люди сначала думают, что они инвалидов покатать едут. А потом, когда они видят таких продвинутых людей, у них не остается никаких оправданий, чтобы страдать.

— Это правда.

— Засада, да? Это круто же? В этом и есть позитивная роль инвалидов. Все говорят про пандусы, подъемники, толерантность, всю эту бредятину. Кто у кого что отсудил, кто где денег выклянчил. Телеканалы мне все время звонят и просят истории, где кого унизили, обидели, кого удивили. «А есть у вас история про необычного поводыря типа пони?» Ну вот зачем? Это ж скотство. Я им говорю: надо удивить? Давайте я с крыши спрыгну.

— Шапито-шоу.

— И люди уже не понимают, что такое хорошо, что плохо.

— Почему вам не нравится слово «толерантность»?

— Этот медицинский термин обозначает устойчивость к ядам. То есть я яд, и меня надо терпеть? Так за границей принято: мне с тобой трудно общаться, но я не должен это показывать. Зачем? Чувства — это дорога к счастью. И страх, и неприязнь нормальны.

— Но если нет толерантности, люди становятся грубыми и нетерпимыми, разве нет?

— Это другая крайность. Вместо толерантности нужен взаимный интерес. Надо создать условия, чтобы люди пробовали взаимодействовать.

— А почему вы так отзываетесь о теме пандусов, подъемников и денег от государства?

— Самое страшное — это сбыча мечт (так сказал герой. — РП.). Ну сделали тебе пандус — дальше о чем думать? У нас пенсия до кризиса была 18 тысяч рублей. Ну извините меня... Сегодня невозможно умереть с голоду и остаться без жилья от бедности. Но сейчас государство не может думать про будущее. Как вы себе представляете, чтобы оно отвечало за самореализацию человека? Параметры будущего должны задавать общественные организации и частные лица вроде Алены Быковой, Олега Колпащикова и других.

Алёна Быкова
«Русская планета», 3 декабря 2015

Из комментариев:

У автора спрашивают: — Одно непонятно, как незрячий человек познакомился с девушкой, проезжая мимо с другом? Друг подсказал, что на остановке стоит красивая девушка или Олег сам почувствовал родную душу?

Алёна Быкова, автор: — Именно так, как изложено. Остановили машину, друг сказал: вон, девушка красивая. Опустил стекло, заговорил, взял телефон. Всё)
Tags: #Параполитические, 90-е, алкоголь, биографии и личности, благотворительность, екатеринбург, жизнь и люди, инвалиды, интервью и репортаж, льготы и соцзащита, менталитет, наркотики, нравы и мораль, общество и население, организации, помощь, пороки, психология, регионы, россия, серии, современность, спорт, толерантность, урал, экономфинбиз
Subscribe
promo yarodom september 20, 2012 20:29 8
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments