April 29th, 2013

Я витрина
  • mamlas

КНДР на вкус

Оригинал взят у mamlas в КНДР на вкус
Измена родины
Кто, как и почему бежит из Северной Кореи в Южную

В самый разгар последнего обострения обстановки вокруг КНДР, когда звучали даже угрозы ядерной атаки, наш корреспондент разыскивала беженцев с Севера, которым в разное время с трудом удалось добраться до Южной Кореи.

Ким Ёнчхоль приплыл в Южную Корею по Японскому морю. Купил лодку за 200 долларов, сказал береговой охране, что идет на рыбалку, и, ориентируясь по звездам, поплыл на юг. «Сейчас бы я на это никогда не решился!» — говорит Ким. // Юлия Вишневецкая

Каждый новый день общения с этими людьми приносил новый шок. Сначала выяснилось, что в КНДР уже давно не социализм. Потом — что со времен Великого переселения народов люди не очень-то изменились к лучшему. И наконец — что между Южной и Северной Кореей гораздо больше и гораздо меньше общего, чем можно себе представить издалека. ©
—У меня все было хорошо. Я дослужился до подполковника, работал в отделении по борьбе с коррупцией — хлебная должность. Но однажды моего дядю расстреляли, его детей отправили в лагерь, родителей выгнали из хорошей квартиры, и я понял, что делать мне тут больше нечего. Я купил лодку за 200 долларов, взял с собой 17-летнего племянника, и мы, ориентируясь по звездам, поплыли на юг. Береговой охране сказали, что идем на рыбалку: людям в военной форме это можно. Мы три дня плыли по Японскому морю, не ели, не спали, приплыли в Южную Корею и сдались властям. Я сам не понимаю, как мы это сделали. (Ким Ёнчхоль, 40 лет.)

Collapse )
promo yarodom september 20, 2012 20:29 14
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…
Я витрина
  • mamlas

Правила жизни Корнея Чуковского

Корней Чуковский

Писатель, умер в 1969 году в возрасте 87 лет.
©
Никогда я не считал себя талантливым. О своем писательстве я невысокого мнения, но я грамотен и работящ.

Я вообще никогда никого не слушался, ни дур, ни умных, иначе я не написал бы даже «Крокодила».

Я никак не могу привыкнуть к хамству и тупоумию издательств.

Чуждаюсь ли тенденции я в своих детских стихах. Нисколько! Например, тенденция «Мойдодыра» — страстный призыв маленьких к чистоте, к умыванию. Думаю, что в стране, где еще так недавно про всякого чистящего зубы говорили «гы, гы, видать, жид!», эта тенденция стоит всех остальных.

Я почти единственный сказочник из всех детских современных писателей, единственный сказочник на 150 000 000 — и пишу по одной сказке раз в три года.

Вот я, если бы в дороге не перезнакомился со всеми людьми, да не в своем купе, а в целом вагоне, да не в одном вагоне, а в целом поезде, со всеми пассажирами, сколько их есть, да еще с машинистом, кочегаром и кондукторами в придачу, — я был бы не я. Я непоседлив, вертляв, болтлив и любопытен.

Нет, при создании детских стихов рассчитывать на вдохновение нельзя.

Зачем-то устраивается пленум по детской литературе. Выступать я не буду. Если бы я выступил, я обратился к юным поэтам с единственным вопросом: отчего вы так бездарны? Эта речь была бы очень короткая — но больше мне нечего сказать.

Collapse )