?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Next Entry
Старообрядцы: Могла ли выжить в России экономика на честном слове?
Я витрина
mamlas wrote in yarodom
Начало гонений

В дни больших церковных праздников у стен Рогожского кладбища в Москве собирается ярмарка. На развалах продают ткани и мед, детские игрушки и деревянные резные украшения, овощи и соления. Можно встретить и удивительные вещи – старые богословские книги трехсотлетнего возраста. Чудом сохранившиеся раритеты. Откуда они?


Нашим современникам нет особого дела до того, кто торгует на ярмарке. Между тем, Рогожское кладбище – традиционный центр московских старообрядцев. Сегодня никто не преследует их за веру, да и никто особо не интересуется ею.

Старообрядческие общины потихоньку умирают, современные староверы занимают довольно скромное место как в духовной, так и в экономической жизни России, и ярмарка у кладбищенской стены – далекий отголосок мощного экономического движения, когда-то, без преувеличения, определявшего судьбы России.

Мало кто знает, но в начале XX века старообрядцам принадлежало около 40% экономического капитала всей Российской империи. Последователи старой веры фактически монополизировали целые отрасли экономики, например мануфактурное и льняное производство.

Что же это за старая вера, кто такие старообрядцы, и как случилось, что обособленная группа людей оказалась в условиях, породивших небывалый всплеск деловой активности?

Предпосылками величайшей русской трагедии стали интриги Ватикана и амбиции российских самодержцев. Лавры мировых властителей не дают покоя многим сильным мира сего, не давали и в прошлом. Подброшенная царю Алексею Михайловичу идея прославиться как защитнику и объединителю всего православного мира попала на благодатную почву. Для этого нужно было разгромить османов, очистить от них Константинополь и воцариться в Царьграде.

Для России с ее неисчерпаемыми ресурсами дело не самое сложное. Мешала мелочь, надо было подогнать под греческие мерки российские церковные обряды и священные книги. За дело взялся патриарх Никон, осуществивший в середине XVII века церковную реформу.

Реформа расколола русское общество. Огромная часть населения не приняла нововведений. В 1666 году Великий Собор предал недовольных анафеме. Вскоре на приверженцев старых обрядов обрушились неслыханные репрессии, продолжавшиеся столетиями.

Карательные отряды уничтожали непокорных крестьян и сжигали деревни. Тела их на плавучих виселицах сплавляли вниз по рекам на устрашение колеблющимся.

В поисках укрытия от гонений старообрядцы тысячами покидали обжитые места. Немало укромных мест нашлось в самой России, еще больше на ее окраинах и за ее пределами. Людские потоки текли по всем направлениям, на запад – в Прибалтику и Польшу, на юг – на Кавказ и в Турцию, на восток – на Урал и в Сибирь, на север – к берегам Белого моря.

Восемь лет держал осаду царского войска Соловецкий монастырь, куда стекались противники реформы. Соловки захватили в результате предательства и жестоко расправились с его защитниками. Белый монастырь, оскверненный вандалами, стал символом старообрядческого сопротивления.

За падением Соловков последовали массовые самосожжения староверов. Храмы, заполненные людьми, заполыхали по всему северу. Не желая смириться и не видя выхода, старообрядцы добровольно уходили из жизни, практически обезлюдели огромные территории.

Царь Михаил пошел на попятную, отправил староверам послание, в котором просил людей не жечь себя и умерил гонения. При царевне Софье утихшие преследования вновь усилились, и вновь потекли людские реки за пределы России.

И все-таки они выжили

В начале XVIII века зажиточные семьи старообрядцев, спасаясь от репрессий, обосновались на острове Ветка, в месте впадения одноименной речушки в Сож. Тогда это были земли Речи Посполитой, куда не простиралась власть Москвы, ныне – белорусский город Ветка, центр административного района Гомельской области.

Поселение разрасталось быстро, вскоре в нем проживало 40 тысяч человек, а размеры достигли в окружности целых 50 верст. В считанные годы колония превратилась в мощный торговый центр. Купцы-раскольники сбывали в Польше, Белоруссии и Украине продукцию местных кустарей-ремесленников: бондарей, шапочников, портных, скорняков, шорников, красильщиков, рукавичников. На вырученные деньги купцы снабжали единоверцев сырьем и предоставляли кредиты.

Ремесленное производство стремительно расширялось. Коробейники с Ветки потеснили польских, украинских, белорусских и даже российских торговцев. Старообрядцы монополизировали торговлю на огромных территориях.

Прельщенная богатством староверов, императрица Анна попыталась вернуть их в Россию. Без вины виноватых людей простили высочайшим повелением, и предоставили им право свободного выбора места жительства на территории империи. Но прочно обосновавшаяся на Ветке община не торопилась ломать налаженный уклад.

Пришлось Анне Иоановне действовать испытанным способом. В 1735 году карательная экспедиция дотла сожгла поселение. Но непокорная колония восстала из пепла, быстро восстановилась и зажила прежней жизнью. Людские потери восстановила очередная волна беженцев. Сокрушительный удар по Ветке нанесла Екатерина II. От очередных карательных мер в 1764 году ветковские старообрядцы уже не смогли оправиться. Кто-то из эмигрантов ушел еще дальше, кто-то сумел укрыться на родине.

Целенаправленная и последовательная политика репрессий привела к непредсказуемым последствиям. Среди староверов прочно сформировалась идеология опоры исключительно на собственные силы. Им никто не помогал, напротив, им приходилось жить во враждебном окружении. Чтобы выжить и сохранить веру, людям приходилось упорно трудиться, одновременно ограничивая себя во всем.

Деньги в старообрядческой среде рассматривались на как свидетельство достатка, а как необходимый инструмент выживания. Немалая часть общинных средств тратилась на подкуп чиновников и священников, чтобы те не упоминали раскольников в своих отчетах, оставили их в покое.

К тому моменту, когда в России созрели условия для развития капитализма, раскольнические общины представляли собой закрытые и спаянные группы единомышленников, в распоряжении которых оказались серьезные общественные капиталы. К грядущим изменениям старообрядцы оказались готовы лучше, чем остальная Россия.

К концу XVIII века старообрядцы прибрали к рукам практически всю торговлю в Нижегородском крае и Нижнем Поволжье. Они владели хлебными пристанями, судостроительными верфями и прядильными мануфактурами. Конкуренты пасовали перед напористыми и сплоченными раскольниками.

Но для самих старообрядцев их торговые успехи оказались лишь прелюдией, впереди их ждали, без преувеличения, великие дела.

Главные ворота Преображенского кладбища, Москва

Государство в империи

К середине XIX века старообрядцы, активно и успешно зарабатывавшие деньги для выживания гонимых общин, фактически создали свое обособленное государство в государстве, пусть и не обладавшее отдельной территорией. У них были собственные авторитетные лидеры и неформальная система управления, основанная на безграничном доверии к единоверцам.

Старообрядческое предпринимательство держалось в полном смысле на честном слове. Деловые люди всегда выполняли обещанное и доверяли компаньонам из своей среды, не пользовались услугами запутанной и враждебной судебной системы, в максимальной мере упрощали документальный учет.

Солидарность раскольников стала залогом их поразительных успехов на Урале. В 1736 году тайный соглядатай доносил в Москву: «Раскольников на Урале умножилось. На заводах Демидовых и Осокиных приказчики – раскольники, едва ли не все! Да и сами промышленники некоторые – раскольники… И ежели оных выслать, то конечно, им заводов держать некем. И в заводах Государевых будет не без вреда! Ибо там при многих мануфактурах, яко жестяной, проволочной, стальной, железной, почитай всеми харчами и потребностями торгуют олоняне, туляне и керженцы – все раскольники».

Огромные капиталы и впечатляющие успехи в экономике старообрядцев вынудили власть сменить гнев на милость. Екатерина II издала манифест, призывающий раскольников вернуться в Россию. Все дискриминационные меры, принятые ранее, были отменены. Репатрианты стали возвращаться на родину и расселились по всей стране, создавая новые центры предпринимательства.

Крупнейшая старообрядческая община образовалась в Москве. Из нынешних крупнейших кладбищ столицы два – Преображенское и Рогожское – старообрядческие. На них покоится примерно третья часть городского населения того времени.

Формально вокруг этих кладбищ объединились две старообрядческие религиозные общины. Неформально в рамках общин образовались два крупных предпринимательских центра.

Могилы архиереев на Рогожском кладбище, Москва

Московские купцы-раскольники благодаря налаженным по всей стране связям с единоверцами всегда были в курсе всех цен в России, умело маневрировали капиталами, делая вовремя крупные оптовые закупки. В XIX веке они безраздельно господствовали на всех крупных российских ярмарках.

Последнюю попытку сломить мощное движение старообрядцев предпринял Николай I. Царь приказал экспроприировать все имущество раскольников. Но выполнить волю самодержца в полной мере не удалось. Огромные общинные капиталы были надежно укрыты. Именно на эти деньги впоследствии были построены крупные российские заводы.

Общинные капиталы формировались поколениями старообрядцев. Но ввиду того, что общины не признавались юридически, капиталы всегда записывались на подставных лиц. Деньги доверялись наиболее уважаемым и предприимчивым членам общины.

На общинные деньги московские купцы-старообрядцы построили первые крупные капиталистические предприятия, на которых использовался исключительно труд наемных рабочих. Это были образцовые для того времени производства, постоянно совершенствующиеся технически. Новейшие заграничные станки использовались на бумагопрядильных и ткацких фабриках.

Главным во всех делах среди старообрядцев по прежнему считалась верность данному слову. Оно было настолько крепким, что ему доверяли не только единоверцы, но и западные капиталисты. Знаменитому ныне российскому предпринимателю Савве Морозову для строительства ткацкой фабрики в деревне Зуево более 100 машин из-за границы были поставлены в кредит, такова была репутация малограмотного купца.



Закат могущества

На рубеже XIX и XX веков крупнейшие купцы-старообрядцы приобрели невиданный вес и влияние в обществе. Их уважали не только за огромные капиталы, но и за удивительное стремление к нововведениям в промышленности.

На деньги старообрядцев была построена первая в России аэродинамическая труба и предшественник автомобильного ЗИЛа – завод АМО. Поразительно, как люди, готовые умереть за идеалы старой веры, весь уклад жизни которых был ориентирован на давнее прошлое, в экономике внедряли самые новые и передовые технологии. Настоящий парадокс: борясь за старое, стремиться ко всему новому. Для чего и почему?

Вспомним, что со времен церковной реформы XVII века староверам приходилось выживать, находясь во враждебном окружении, под давлением властей, противостоять репрессиям, опираясь исключительно на собственные силы.

Деньги давали гарантию независимости обособленного мира старообрядцев. Чтобы полностью обезопасить его, денег нужно было все больше и больше, а значит, работать надо было лучше и лучше, внедрять самые передовые способы производства, наращивать капитал, чтобы еще лучше защитить свою веру.

В мятежном 1905 году вышел знаменитый манифест о веротерпимости. Революция подвела черту под противостоянием старообрядцев и официальной власти.

За указом последовал период, названный золотым веком старообрядчества. В короткий срок по всей стране воздвигли множество старообрядческих храмов, ширилось движение беспоповства, еще более возросла деловая активность предпринимателей. Например, на Урале вся частная промышленность оказалась в руках староверов, а все государственные заводы – под их контролем.

Но золотой век оказался недолог. Избавившись от давления властей, подобравшись к самым вершинам экономического могущества, старообрядчество лишилась главного объединяющего начала – враждебного окружения, репрессий, с которым требовалось бороться. Прошедшие огонь и воду старообрядцы пасовали перед медными трубами…

В начале ХХ века большинство влиятельных старообрядцев выглядели и вели себя как и все остальные российские богачи. Исчезли из обихода длинные бороды и купеческие поддевки, появились современные европейские одежды. Религиозные ограничения исполнялись уже далеко не так тщательно, как раньше. Многие почувствовали вкус сомнительных удовольствий, и даже стали курить, что еще пару десятилетий назад казалось немыслимым. Их миру больше ничего не угрожало, к чему тогда пустые хлопоты и лишения?

Многие из богачей «забыли» об общественном происхождении капиталов, которыми распоряжались. Вместо того, чтобы как и прежде направлять их на дела угодные богу и благодатные для единоверцев, они строили себе в Москве настоящие дворцы, вызывавшие зависть даже у представителей царствующей династии. А заводчик Гучков, к примеру, попросту присвоил деньги Преображенской общины.

История российского старообрядческого экономического чуда, построенного на обязательности и доверии, закончилась в 1917 году. Но даже если бы и не произошли в российском государстве тогдашние трагические события, вряд ли «экономика на честном слове» смогла бы выжить значительно дольше.
«ШколаЖизни.ру», Алексей Норкин

promo yarodom september 20, 2012 20:29 5
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…

  • 1
Замечательный и предметный очерк.

Re: Спасибо!

По-л-ста!

  • 1