?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Next Entry
Иностранцы в России. Мариуш Вильк из Польши / окончание серии
Я витрина
mamlas wrote in yarodom
Ещё иностранцы и Россия

Жизнь в Зазеркалье. Мариуш Вильк из Польши
Знаменитый писатель переехал в Карелию и пишет о ней книги / Статья 2014 года

Россия славится своим гостеприимством во всем мире. Об этом знают не понаслышке и иностранцы, которые переехали в нашу страну навсегда. SmartNews узнал, что заставляет американцев, голландцев, итальянцев и других менять свои страны на российскую землю. ©

Другие иностранцы в серии


Обрусевший поляк Мариуш Вильк

Мариуш Вильк — известный польский журналист и писатель, в прошлом помощник политика Леха Валенсы. В начале 1990-х Вильк приехал в Россию посмотреть на Русский Север и «задержался» здесь на 20 лет. Писатель рассказал SmartNews o том, что нашел для себя в окрестностях Петрозаводска и почему хочет провести здесь оставшуюся часть жизни.
Первой остановкой писателя Мариуша Вилька в Карелии стали Соловки. Он прожил на островах почти десять лет, где первые четыре года изучал писания Отцов Церкви. Потом он начал писать заметки для польского журнала «Культура» в формате личного дневника. Когда заметок накопилось солидное количество, они легко сложились в единую книгу — «Волчий блокнот», и известный в прошлом журналист, сам того не ожидая, стал писателем.

За время пребывания на Соловках, кроме «Волчьего блокнота», он успел написать большую часть еще одного тома дневников. Книга называется «Волок» и повествует о путешествии по Беломорскому каналу. Дописывал эту книгу автор уже на новом месте — в доме, купленном в карельской глубинке, на берегу Онежского озера.

Книги Мариуша Вилька — это не просто наблюдения, но вместе с тем и попытка стать частью того, что он описывает.

В начале 2000-х писателю стало «тесно» на Соловецких островах и он решил найти новое место для своих наблюдений.


___

— Когда я понял, что Соловки, на которых я прожил почти десять лет и написал две книги, исчерпались для меня (в смысле опыта, как душевного, так и писательского), я начал искать другое место на Севере, где мог бы не только жить, но и писать об этом месте. Мы с Наташей (cупруга автора. — Ред.) три года проездили по Северу в поисках подходящего места — от Каргополя до Терского берега Белого моря. Я искал дом, который смог бы стать «тропой», а заодно и «космосом», а также уединения, чарующих видов из окна, тишины.
Мариуш Вильк, писатель

После долгих поисков таким местом для Мариуша Вилька стало Заонежье и дом в Конде Бережной.

— Наша деревня называется Кондобережская, так что, называя ее по-своему, Кондой Бережной, я изначально придаю ей особый статус, личный и мифический заодно. В последнее время то же самое происходит с Заонежьем, которое все чаще называю Зазеркальем — страной по другую сторону зеркала, подразумевая под зеркалом Онежское озеро. Все эти манипуляции с названиями показывают, что мой опыт жизни в Заонежье-Зазеркалье не имеет этнографического или исторического характера, хотя он и не лишен таких экскурсов; прежде всего это мой личный опыт, своего рода духовная тропа, которой посвящены четыре тома моих «Северных дневников»: «Дом над Онего», «Тропами северного оленя», «Путем дикого гуся» и только что написанный «Дом бродяги», который заканчивает этот цикл. Когда мы нашли в 2001 году дом в Конде Бережной, мы и подумать не могли, что он станет родным домом моей дочки, Мартуси, которая родилась в 2009 году. Сейчас это наше родное гнездо.
Мариуш Вильк, писатель

Условное зеркало, которое упоминает Мариуш Вильк, когда говорит про Онежское озеро, стало для писателя своего рода мостом между двумя изучаемыми им мирами: миром города, цивилизации и миром деревни и уединенности.

— Очень быстро дошло до меня, что история города, которую я узнаю из разных книг, меняется в зависимости от того, кто и как пишет эту книгу: об истории города до революции писали абсолютно не так, как это делали после нее, образ Петрозаводска у консерваторов вроде Державина мало похож на тот, который воссоздают вольнодумцы вроде Рыбникова. Это похоже на отражение города в зеркале Онего (я тогда каждый день в разные части дня и ночи гулял по набережной): иначе город отражается в ряби; иначе в тихой воде; иначе — когда солнце только встало; иначе — когда вечером оно уходит; иначе в белые ночи; иначе коротким осенним днем, — короче говоря, лицо города, отраженного в зеркале озера, принимает разные очертания в зависимости от ветра, освещения, поры года и так далее.
Мариуш Вильк, писатель


Обложка одной из книг писателя

— Книгу о городе я так и не закончил, намереваюсь вернуться к этой работе в ближайшее время. Но метафора Онего как зеркала во мне все время живет и развивается, потому что живу одной ногой в Петрозаводске, а другой — в Заонежье, и, когда сравниваю эти места, замечаю, что люди в городе как будто все время смотрят на себя в разные зеркала: телефоны, экраны телевизоров, мониторы, рекламы et cetera, то есть живут в своего рода внутренней реальности, а по другой стороне этого зеркала, в Заонежье, люди живут в Настоящем с большой буквы. Вот тогда я сделал для себя это сравнение: Заонежье = Зазеркалье.
Мариуш Вильк, писатель

Загадочный мир деревни, мир «по ту сторону зеркала» — самое важное и самое личное, что нашел для себя в Карелии Мариуш Вильк. Окружающие его там природа и люди стали для писателя идеальными попутчиками столь необходимых ему сосредоточенности и покоя и в то же время неиссякаемым источником для новых исследований и наблюдений.


___

— Весна, лето, осень, зима для меня очень искусственные. Год — это постоянные перемены, как света, так и самой погоды: есть пора таяния льда и пора посадки картошки, пора нереста окуня и пора нереста рябинника (большой лещ, который идет на нерест, когда цветет рябина), пора сенокоса, время белых ночей и агония бабьего лета, пора заморозков и пора темных ночей и так далее. Каждая из них имеет свою прелесть и свое значение. Особенно люблю время таяния льда, потому что открывается живая вода, прилетают птицы, появляется много света — словом, это мистерия возрождения жизни. Не менее люблю бабье лето, когда в воздухе витает ностальгия, дачники уезжают и остаешься сам с собой, со своими мыслями, а впереди у тебя темные ночи и темень за окном. Для меня личный опыт времени крайне важен, это не время, связанное с часами или условными механизмами календаря, но время как ритм, ведущий к смерти. Потому я и называю это созерцанием.
Мариуш Вильк, писатель

Но, несмотря на безграничную привязанность к жизни в стороне от цивилизации, писатель вовсе не бежит от города, даже наоборот. Жизнь в столице Карелии видится Мариушу Вильку не менее интересной, чем в Конде Бережной. Главное, чтобы из окна было видно зеркало Онего, и не столь важно, по какую сторону от этого зеркала в этот момент находишься.

— Я живу одной ногой в Петрозаводске, второй — в деревне, поэтому не считаю себя в городе гостем. Более того, скоро моя дочка пойдет в школу, поэтому я уже купил в Петрозаводске квартиру, в которой думаю доживать свой век. Так что для меня Петрозаводск — это не только место рождения моей дочери, но и место, которое я сознательно выбрал для осени своей жизни. Почему? Потому что для меня это самый лучший город на Севере, если говорить о его красоте и компактности: Архангельск, Мурманск, Санкт-Петербург проигрывают в сравнении с ним; сочетание небольшого города с огромным озером дает воздух и пространство, а вместе с тем и уют, можно везде ходить пешком и добираться куда нужно в считаные минуты (спальные районы вроде Древлянки и Кукковки не считаются, мне там нечего делать).
Мариуш Вильк, писатель


___

Для Вилька Петрозаводск — это несколько кварталов между Лососинкой, озером и Неглинкой, а также Заречье, кроме набережной, которая ему очень нравится.

— Мне также очень нравится Заречье, особенно улица Невского до Коммунистов — этот перекресток для меня таит в себе что-то магическое. Люблю парк при бывшем тракторном заводе, и сам завод мне очень нравится, зал, который пришел в запустение. Очень люблю площадь Ленина с ее архитектурой, проспект Маркса и все улочки между Маркса и Ленина, люблю кладбище над Неглинкой с маленькой церковкой, люблю парк культуры и отдыха за скульптуру голой девочки на камне, который был алтарем передвижной церкви Петра I. Еще очень люблю работать в Национальной библиотеке, особенно в той ее части, из которой видно озеро, но всех мест, конечно, не перечислить.
Мариуш Вильк, писатель

Недавно в Польше вышел очередной том «Северных дневников» автора. Изначально этой книгой Мариуш Вильк планировал завершить цикл, посвященный Русскому Северу, но теперь его планы изменились, и повествование будет продолжено.

Вести Поморья

___
Польский писатель Мариуш Вильк уже 20-ть лет живет в Поморье и считает себя русским прозаиком © gtrkPomorie, 7 ноября 2012

Из комментариев:

Никита Березин: — Очень любопытная история.. Интересно, что вообще сподвигло польского писателя переехать в Карелию?

Максим Аверин: — Хм.. интересненько.. Надо бы почитать его книги, судя по всему очень неплохо он пишет. может вдохновлюсь наконец-то поехать в этот благословенный край, а то сколько лет собираюсь - все никак не выберусь туда.

Алексей Громыкин: — Много слышал историй об этом писателе, но вот книг его читать пока не доводилось. Не знаю какой он литератор, но судя по тому, что он говорит - человек он очень и очень интересный.

Анатолий Дубинский: — "История города, которую я узнаю из разных книг, меняется в зависимости от того, кто и как пишет эту книгу" - очень верно сказано. Обо всём.

Евгения Иванова: — Польский блогер нашел вдохновение в России...
Василий Дядин, Алексей Громыкин, Дмитрий Иванов
SmartNews, 12 июня 2014


promo yarodom september 20, 2012 20:29 5
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…