?

Log in

No account? Create an account

Мы родом ...

Летопись: Люди, места, события, свидетельства


Previous Entry Share Flag Next Entry
Ушёл писать небесную книгу... / Памяти Глеба Горбовского
Память
mamlas wrote in yarodom
Ещё известные литераторы здесь, здесь и здесь, в т.ч. Горбовский и Рубцов

«Я помешан на любви к жизни…»
Нас покинул Глеб Горбовский, легендарный питерский поэт, стихи которого стали народными

Собратья по поэтическому ремеслу высоко оценивали его творчество. Еще в советские времена знаменитый поэт-фронтовик Михаил Дудин говорил о нем: «Книги Горбовского нельзя спутать с книгами других авторов. У этих книг своя судьба, свой мир, свой воздух любви и пристрастий. ©

Ещё известные ушедшие здесь, здесь и здесь


Глеб Горбовский, 2009 год / Фото Юрия Тагирова

Они человечны, эти книги Глеба Горбовского. Они сотканы из таланта, из мастерства и из опыта. И мир его любви стоит крепко и основательно на этом крепком, единственно возможном для поэзии, фундаменте».
Судьба же Глеба не баловала. Он родился в учительской семье. Отец - выходец из крестьянской среды старообрядцев. В 1937 году Яков Алексеевич Горбовский был репрессирован по бредовому обвинению в подготовке покушения на сталинского наркома Лазаря Кагановича. На допросе Якову Горбовскому выбили глаз ударом тяжелого тома «Капитала» – в кожаных корках с латунными наугольниками, а потом он оказался в ГУЛАГе.

Тяжелые испытания ждали и его сына. В 1941 году маленького Глеба отправили на летние каникулы к сестре отца в Порхов, который вскоре захватили гитлеровцы. Немцы из озорства спаивали подростка шнапсом. После Победы разыскалась мать, пробывшая всю блокаду в Ленинграде. Поэт позже вспоминал, как он скитался по детдомам, пока мать с отчимом не нашли его и не определили в ремесленное училище № 13.

Из училища он попал в колонию для несовершеннолетних преступников в городе Маркс, совершил удачный побег. Добрался до Ленинграда, но мать с отчимом к тому времени перебрались в Новосибирск, и Горбовский уехал в Костромскую область, где преподавал в сельской школе его ссыльный отец, который помог ему оформить паспорт и окончить семилетку. Восьмой класс Горбовский закончил уже в Ленинграде, затем служил в стройбате, где за три года службы двести с лишним суток отсидел на гауптвахте.

После армии поступил в Ленинградский полиграфический техникум, откуда был отчислен через два года. Полного образования так и не получил, что позволило ему потом, когда Горбовский был уже увенчан премиями и стал членом различных Академий, горько шутить: «Да, академик, но без среднего образования…».

О своей молодости, да и вообще обо всей своей жизни он потом напишет так:

На лихой тачанке я не колесил,
не горел я в танке, ромбы не носил,
не взлетал в ракете утром по росе,
просто жил на свете,
мучился, как все.


Стихи Глеб Горбовский начал писать в 16 лет. Еще в армии сочинял песни, одна из самых известных – «Сижу на нарах, как король на именинах». Работал столяром на рояльной фабрике «Красный Октябрь», слесарем «Ленгаза». Занимался в литературных объединениях, сначала в Доме культуры профтехобразования у Давида Дара, затем у Глеба Семёнова в Горном институте. Потом уехал взрывником в геофизическую экспедицию на Сахалин, где проработал несколько лет, в том числе и на лесоповале, о чем потом написал:

Тела, смолистые от пота,
а бревна, мокрые от тел.
Так вот какая ты, работа...
Тебя я так давно хотел!..


Впервые стихи Глеба Горбовского были опубликованы в волховской районной газете «Сталинская правда» в 1955 году, а первая книга вышла в 1960-м.

По словам самого поэта, к 1962 году им были написаны шесть поэм и около 1000 стихотворений и песен. В недавний сборник «Избранное» вошло 450 стихотворений, из которых только 70 помечены датами тех лет. Остальное у требовательного к самому себе автору осталось где-то в архивах.

Вокруг его знаменитой песни «Когда качаются фонарики ночные…» было много споров. В середине пятидесятых не было сомнений, что песня принадлежит Глебу Горбовскому – он ее пел, от него многие ее слышали. Но в 1961 году вышел на экраны фильм «Гибель империи», где в одном из эпизодов лихой уголовник в каталажке (актер Николай Рыбников) поет «Фонарики». Авторство песни в фильме не было указано, и авторского гонорара за ее использование в фильме Глеб тоже не получил... После этого некоторые стали утверждать, что Горбовский будто бы присвоил песню давних времен.

О Горбовском много ходило баек. Рассказывали, однажды поэт сидел в забегаловке где-то на Дальнем Востоке и услышал, как поют «Фонарики»:

«Когда качаются фонарики ночные...
я из пивной иду, я никого не жду...».


Он закричал: «Братцы, это же я написал, это моя песня», но поющие, конечно, не поверили: «Куда тебе, суке...Народная это песня!» – и набили бока «самозванцу».

Однако о том, что песня написана в 1953-м году в армии, сам Глеб Горбовский упоминал несколько раз. В книге «Окаянная головушка» на первом развороте обложки приведен факсимильно ее текст с подписью, датой и указанием на один из «народных вариантов» строки. Горбовский ссылается на очевидца создания песни, своего армейского друга, с которым они вместе подбирали мелодию (сам поэт не играл на гитаре и не знал нот).

Горбовский был человеком с такой биографией, что стал героем многих невероятных легенд. Говорят, что в 1955 году он шагнул в окно с лестничной площадки третьего этажа. Был в одних носках (ботинки остались в комнате на четвертом этаже). Не разбился, и даже не поцарапался. Упал на поленницу дров, покрытых ржавым кровельным железом, – грохот стоял жуткий.

Таким необычным способом Горбовский решил сбежать от компании. Его решили вернуть. Возвращать вызвался человек богатырской силы и здоровья.

– Идем назад, Глеб.

– Давай я тебе сперва в морду резну, потом пойдем, – отвечал Глеб.

Ему разрешили, Глеб ударил наотмашь – без видимого результата, здоровяк даже не качнулся.

– Не, – сказал Глеб, – надо не так. Давай снова.

Во второй раз Глеб угодил здоровяку кулаком в горло. Богатырь прослезился, отплевался, а потом погрузил Глеба себе на плечо и принес в комнату, где продолжили веселиться.

Знавшие Горбовского говорили, что Глеб не любил ходить в общественные бани. С ранней юности его тело было разрисовано пошлыми татуировками. На груди – яркая лира с ангелочками, не менее суповой тарелки величиной, на ногах – фигурки обнаженных человечков, и прочая дребедень в различных местах. «С дурацким якорем на лапе к тебе привяжется субъект...» – говорилось в одном из стихотворений к сыну. Глеб стеснялся татуировок и не снимал рубахи даже в глуши, когда вокруг не было населения в радиусе километра.

«Глеб Горбовский – выдающийся поэт современности. Его уход от нас – это потеря всей российской литературы, – сказал петербургский коллега по поэтическому цеху Евгений Лукин. – Стихи Глеба Горбовского стали неотъемлемой частью нашей жизни».

И продолжил: «В эти печальные минуты мне вспоминаются его светлые строки о последнем снегопаде:

Присутствую при снегопаде –
Последнем, может быть, в судьбе.
Не отвлекайте, Бога ради,
Забыть позвольте о себе.

Очаровательное иго –
Снеговращенья краткий срок…
Читаю небо, точно книгу,
И Божью милость – между строк.


…Теперь Глеб Горбовский читает вечную небесную книгу, и нет никакого сомнения, что Божья милость светится между лазурными строками».

В одном из интервью, когда ему было уже за 70, Глеб Горбовский сказал: «Я помешан на любви к жизни. Я всегда перед сном "Отче наш" читаю. А когда выхожу на улицу, "Господи благослови!" говорю…».

...Ушел поэт из жизни в один из последних дней зимы со снегопадом.
Владимир Малышев
специально для «Столетия», 28 февраля 2019


promo yarodom september 20, 2012 20:29 21
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…