mamlas (mamlas) wrote in yarodom,
mamlas
mamlas
yarodom

Category:

Сильные духом # Мотиватор и путешественник Максим Поярков

Ещё инвалиды России здесь и здесь

«Я отказался тратить жизнь на больницы»
Интервью с Максимом Поярковым — о том, как встать, пойти и найти себя, победив тяжелейший паралич от рождения / Цикл «Сильные духом» / апрель, 2016

Спецпроект «Русской планеты» посвящен историям о том, как сила духа помогает людям с ограниченными физическими возможностями добиваться целей, удивительных и для здорового человека. Наши герои — люди действительно интересных судеб. Это наши современники, которые, несмотря на объективные трудности, живут полной жизнью и вдохновляют других. О каждом из них можно было бы написать еще одну «Повесть о настоящем человеке». ©

Ещё «Сильные духом»


Максим Поярков, сентябрь 2014 / Фото: личная страница в Facebook

— До пяти лет я не разговаривал и не ходил, паралич (ДЦП) был достаточно тяжелый, — рассказывает «Русской Планете» тренер по реализации творческого потенциала, мотивационный спикер, путешественник Максим Поярков из Москвы.
— Один китайский врач смог меня «включить» своим лечением: в основание черепа мне вставляли огромные иглы, делали уколы, это было очень болезненно для ребенка, и, возможно, именно этот стресс и дал толчок. Я смог говорить, начал передвигаться — плохо, по стеночке, но начал.

— Почему родители обратились именно к китайской медицине?

— Все, что было им доступно, было перепробовано. Но советская медицина в те времена не помогла.

После китайских специалистов мы продолжали испытывать разные методы дома. К 15–16 годам я стоял на канадских палочках (костылях с подлокотниками. — РП), в лучшем случае на двух тростях, и врачи мне сказали: то, что сейчас есть — состояние фиксированное. Можно проходить реабилитацию дальше, но значительно уже ничего не улучшится. Я сделал ручкой и сказал, что не хочу тратить свою жизнь на попытки, от которых может и не быть толку.

Когда мне было 19 лет, умер мой отец. И это был поворотный момент, потому что до того жизнь была проста и понятна: любой мой поступок поддерживался родителями. Они что-то советовали, но окончательное решение отдавали на откуп мне. Сейчас я, конечно, понимаю, что к некоторым «моим» решениям меня грамотно подводили. Но было полное ощущение, что это все на основе моих желаний.

И тем, что у меня есть сейчас, я обязан этой свободе. Например, я бросил юридический факультет, как раз после смерти отца. Юриспруденция ведь скучная и дотошная, а я был подвижным, легко переключаемым, мне это было неинтересно. А тут желание еще и подкрепилось необходимостью: нужно было как-то зарабатывать деньги.

— Вы остались единственным кормильцем?

— Старшая сестра помогала, как могла, но этого было недостаточно. Я перепробовал разные профессии, был продавцом-консультантом на выставках-продажах товаров и устраивался на госслужбу, но все это мне не нравилось.

— На двух костылях работали в продажах?!

— Ну, было некомфортно. К тому же я интроверт, и для коммуникации требовались дополнительные усилия. А что делать?

В какой-то момент я вырулил в фондовый рынок, но там оказалось все непросто. Заново начал изучать математику, с которой в школе были нелады. Потом пытался влиться в стартапы, очень много времени потратил на всякие встречи и переговоры: «Давайте захватим мир к субботе», — но к субботе не получалось и к следующему четвергу тоже. А после всего этого пришел к тренингам. Сначала ходил на тренинги к другим, потом стал вести их сам. Вернулся к учебе, окончил заочное отделение института по специальности «социология» и прошел переподготовку по психологии.

Вот говорят: хочешь в чем-то разобраться — начни учить этому других. Я долго искал, где же мое место в жизни, а потом погрузился в тренинги по реализации творческого потенциала, поиску призвания.

— Вы как-то используете в них свою историю о преодолении физического состояния?

— Вообще не использую. И об этом практически не спрашивают. Не забывайте, мое физическое состояние для меня — данность. У меня был опыт преодоления других вещей: потери близких, трудностей взаимоотношений с противоположным полом, проблем, как жить и чем зарабатывать. Иногда да, человеку нужно дать мотивацию, если он говорит: «Меня девушки не любят, потому что я плохо выгляжу». Тогда мой пример работает: вот я, вот моя жена — вопросы есть? Вопросов нет.

— То есть для вас физический недостаток был не главным, что предстояло преодолеть?

— Безусловно. Когда мы видим человека, то воспринимаем его через себя: «А как бы я жил в такой ситуации? Что бы я делал?» Человек с инвалидностью может вызывать жалость или затруднения, как с ним взаимодействовать. Да так же, как со всеми. Мне непонятно, что это за вечные танцы с инвалидностью. Вот если человек потерял волосы, мы же не говорим: «Молодец! Ты вышел без кепки на солнышко, ты красавчик!»

Моя задача — показать, что да, есть люди с физическими проблемами, но есть и другие люди, которые проходят через разное преодоление. Просто мы не видим этого за их обычной внешностью. И главное — это не то, какие у них сложности, а то, как они преодолевают свои внутренние ограничения. Как живет человек с агорафобией (боязнью общественных мест и скопления людей. — РП)? Для него подвиг — просто выйти из дома. Но мы этого не видим и оцениваем просто по внешним характеристикам, у кого жизнь сложнее.

При этом я показываю, что чем больше у нас внутренних ограничений и чем больше мы прикладываем усилий для их преодоления, тем больше опыта мы накапливаем для совершения важных вещей. Возьмем аналогию с компьютерными играми: в начале игры варвары сильнее, чем маги, которые ничего не умеют. Но когда маги накапливают опыт, они становятся самой жизнеспособной боевой единицей в армии.

— Потеря волос и выход без кепки — это все-таки вариант нормы в восприятии окружающих.

— А что такое норма? В разных обществах она разная. В России сейчас не 1980-е годы, когда инвалиды не выходили из дома.

При этом да, самоощущение людей внутри социальной сферы не сильно отличается от того, что было 10–20 лет назад. В детстве я старался не общаться с ребятами с физическими недостатками. Мне было некомфортно из-за их постоянного состояния страдания, обиды на жизнь, агрессивности, обвинениях других в своих бедах, вот этого: «Мне кто-то что-то должен». Мне хотелось веселья. С тех пор так сложилось, что я дистанцировался от сообщества людей с инвалидностью. И сейчас — вот прихожу я на тематическое мероприятие и вижу огромный баннер с буквами на черном фоне: «Как не умереть в России». Как в таких условиях можно над собой работать?

— Эта обида на жизнь у детей идет от их родителей, которым было трудно (и сейчас трудно) жить. Видимо, ваши родители учили вас как-то по-другому воспринимать свою внешность.

— Они давали мне понять, что человек может все. И что мое состояние в данный момент еще ни о чем не говорит. Мой отец — я из семьи потомственных военных — смог восстановиться после травмы позвоночника. Все можно исправить, главное — стремление, мотивация на это повлиять.

— Как вы отбросили свои канадские палочки? (Сейчас Максим ходит либо с одной тростью, либо совсем без нее. — РП)

— Уже в сознательном возрасте уехал в Индию изучать китайскую нетрадиционную медицину. Я пришел к ощущению, что при церебральном параличе проблемы зачастую в голове, а не в теле. Да, есть некорректная работа мышц, но современные открытия показывают, что в некоторых случаях нет ничего невозможного, если захотеть. Я много интересовался разными практиками в этом направлении: йогой, даже гипнозом. Был прогресс, но потом встал вопрос: хочу ли я тратить все время на дальнейшее восстановление, теряя возможность жить за пределами этого, общаться, путешествовать? Это трудный выбор, и я выбрал полную жизнь.

Алёна Быкова
«Русская планета», 23 апреля 2016

Tags: биографии и личности, воспоминания, жизнь и люди, инвалиды, интервью и репортаж, льготы и соцзащита, любовь, медицина и здравоохранение, молодёжь, москва, нравы и мораль, образование и воспитание, общество и население, помощь, психология, путешествия и туризм, россия, современность
Subscribe
promo yarodom september 20, 2012 20:29 8
Buy for 10 tokens
У каждого из нас есть малая Родина и Родина большая. Кто-то живет и работает на чужбине. Многих из нас раскидало по странам и весям. У каждого из нас найдутся различные истории о своих местах и далекой стороне, своей жизни или жизни других. О том, что было, есть и будет с нами. ​*** В…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments